?

Log in

No account? Create an account
Страница страстей человеческих
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in mikes68's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]
Monday, April 22nd, 2019
7:56 pm
Колониальные порядки в Африке перед Первой мировой войной
Завершение колониального раздела Африканского континента не означало, что колониальные державы эффективно контролировали все доставшиеся им территории, не говоря уже об их освоении. Горстка колониальных чиновников порой должна была управлять территориями, превышавшими размеры метрополий. Даже при поддержке военных (как правило, тоже немногочисленных), это было трудновыполнимой задачей. Установление колониальных порядков заняло не одно десятилетие и шло весьма неравномерно. Этот процесс быстрее всего разворачивался в прибрежных районах Западной Африки, которые имели торговые и прочие отношения с европейцами с XVI века, а также в "старых" колониях (Ангола, Мозамбик, Капская колония, Сенегал). Значительно медленнее шло освоение внутренних районов континента.

Методы колониального проникновения различались в зависимости от климата и природных условий колонии, плотности ее населения, политического устройства африканских обществ и их хозяйственной деятельности в доколониальные времена. Кроме того, у каждой метрополии были свои идеи о том, как именно нужно управлять Африкой.

Там, где в доколониальную эпоху существовала государственность или хотя бы политические образования, дело обычно начиналось с приобщения элиты к участию в тех или иных формах колониальной деятельности. Через элиту, получавшую поощрения и привилегии, устанавливались налоги (обычно это были налоги "на хижины"), вводились новые экспортные культуры, рекрутировалась рабочая сила. Там, где никаких форм государственности не существовало или где местная элита отказывалась сотрудничать с колонизаторами, новая элита создавалась искусственно, из числа тех местных "сильных лидеров", которые сотрудничали с европейцами в годы колониального раздела.

Англичане, с их длительным опытом колонизации Индии, обычно стремились опереться на влиятельных представителей местной элиты. Французы предпочитали назначать французских чиновников даже на сравнительно незначительные административные посты. Вожди во французских колониях тоже были назначенными. Но и во французских, и в английских колониях использовался принудительный труд – обычно на общественных работах, а иногда и в сельском хозяйстве.

К началу XX века нигде, кроме Южной Африки, полезные ископаемые разведаны не были, поэтому первоначально Африка поставляла в Европу только продукцию сельского хозяйства. Постепенно появилась специализация: пальмовое масло, арахис и какао шли из Западной Африки; кофе, сизаль, пиретрум и хлопок – из Восточной; ценные породы древесины и каучук – из Центральной.

Наиболее жестокие формы колониального угнетения до Первой мировой войны существовали в германских колониях и Бельгийском Конго.

Бельгийские власти прославились бесчеловечностью своей политики по отношению к африканцам уже во время существования Свободного Государства Конго – личной колонии бельгийского короля Леопольда II (1885–1908). Основой колониального хозяйства Конго в те годы был сбор каучука – естественного продукта одного из видов лианы, росшей в тропических лесах. Компания Бельгийского Конго, получившая от Леопольда концессию на сбор каучука в северной части Конго, установила нереалистично высокие нормы сбора, невыполнение которых каралось смертью. В доказательство того, что жертвы действительно были убиты, солдаты Компании должны были предоставлять администрации руки, отрубленные у трупов. Иначе, полагали чиновники, солдаты использовали бы пули для охоты. Бельгийские офицеры следили за выполнением этого распоряжения. Солдаты порой все же обманывали начальство и, сберегая пули, отрубали руки у живых людей. Иногда деревни воевали друг с другом за отрубленные конечности, чтобы представить их в качестве компенсации за недопоставленный каучук. Подсчитать число убитых и погибших просто невозможно, но некоторые историки полагают, что оно могло достигать половины тогдашнего населения Конго – до 10 млн чел.

До начала XX в. Леопольду удавалось подавлять протесты миссионеров и сторонних наблюдателей или подкупать их. Но в 1902 г. писатель Джозеф Конрад опубликовал свою повесть "Сердце тьмы", привлекшую к ситуации в Конго внимание мировой, прежде всего, английской, общественности. Независимое расследование привело к решению участников Берлинской конференции отобрать у Леопольда мандат на управление Конго, поскольку он нарушил условия принятого на конференции Генерального акта (этот акт предусматривал заботу о "развитии и благосостоянии" народов Конго). Право на управление Конго было передано Бельгии как государству, и зверства прекратились. Но Бельгия была слабой колониальной державой и не могла "освоить" огромную территорию Конго. К тому же цены на каучук упали, а другие источники прибылей были найдены только много позже.

Конго так и осталась одной из самых отсталых стран континента.

Германия стремилась использовать свои колонии (Германская Юго-Западная Африка (Намибия), Германская Восточная Африка (Танганьика), Германский Камерун и Германское Того) для расселения немецких колонистов. Началась конфискация земли у местного населения, а живших на ней людей сгоняли на работу на фермах и на строительство городов и дорог. Отношения с местной элитой не сложились, и все управление снизу доверху осуществлялось германскими чиновниками, причем колониальная администрация была военизирована. В Юго-Западной Африке насилие привело к восстанию двух крупных племен, гереро и нама (1904–1907 гг.). По разным оценкам, в ходе подавления восстания были убиты или погибли от голода от 40 до 100 тыс. гереро (до 80 % всего населения) и 10 тыс. нама. В 1985 г. ООН объявила эти события геноцидом.

В Германской Восточной Африке к 1914 г. колонистов было более 5 тыс. Как и в Юго-Западной Африке, население также сгоняли на принудительные работы. Однако поселенцев было недостаточно, и, чтобы повысить "рентабельность" колонии, германские власти облагали африканцев непосильными налогами, а на юге страны начали заставлять их выращивать хлопок на экспорт. Восстания в этих районах начались уже в конце XIX века. В 1905–1907 гг. они вылились в "войну" Маджи-Маджи (по названию снадобья, которым пользовались восставшие в надежде защитить себя от германских пуль). Администрация справилась с этим восстанием лишь с помощью прибывших из Германии войск и тактики "выжженной земли", результатом которой стал голод.

В Германском Камеруне и особенно в Германском Того поселенцев было мало, но плантации все же существовали. Они поставляли в Германию кофе, какао, хлопок (Того), бананы, пальмовое масло, каучук, чай и другую сельскохозяйственную продукцию (Камерун). Здесь также использовался принудительный труд, но к восстаниям это не привело.

За время своего короткого правления германские власти сумели создать в своих африканских колониях такую инфраструктуру, которая во многих других колониях появилась лишь после Второй мировой войны. Хозяйственная деятельность в этих колониях налаживалась при больших государственных капиталовложениях и по последнему слову тогдашней науки. Но жестокость режима принудительного труда и особенно бесчеловечные методы подавления восстаний осуждались даже другими метрополиями, которые и сами не чуждались применения насилия.

В английских и французских колониях эксцессов было меньше. Но в странах, заселяемых белыми колонистами (Кения, Южная Родезия, Капская Колония, бурские республики) сгон африканцев с земли шел полным ходом. В тех странах, где налаживалось производство экспортных культур в африканских хозяйствах, устанавливались высокие натуральные налоги и создавались монопольные закупочные компании, которые покупали у производителей продукцию по заниженным ценам.


Источник: Черная Африка: прошлое и настоящее. Учебное пособие по Новой и Новейшей истории Тропической и Южной Африки/ под ред. А.С. Балезина, С.В. Мазова, И. И. Филатовой. - М.: Русский фонд содействия образованию и науке, 2016. - 704 с. ил.
11:45 am
Сколько языков в Африке?
Для начала и в качестве эпиграфа: "Здесь каждая гора населена отдельным племенем, говорящим особенным языком, имеющим особенные от других нравы."

Е. П. Ковалевский о Судане, 1848 г.

* * * *


Языковая карта Черного континента выглядит пестрой и яркой, как оперение африканского зимородка. Здесь говорят на двух тысячах различных наречий – это треть всех известных на сегодняшний день языков мира. Не говоря уже о прочих загадках, количество языков Африки само по себе остаётся предметом научных споров: во многом потому, что лингвистика еще не дала однозначного ответа на вопрос о том, где проходит граница между языком и диалектом. В Африке, как и на других континентах, это приводит к тому, что оба понятия играют политическую роль. Нередко носители двух разновидностей языка отлично понимают друг друга (например, жители Руанды и Бурунди), но предпочитают говорить о независимости своих языков друг от друга.

Чаще всего языки похожи между собой в тех случаях, если они развились из единого языка-предка сравнительно недавно. Примерно в то же время, когда предки англичан, немцев и датчан разошлись в разные концы Западной Европы (это случилось около двух тысяч лет назад), в Африке произошел распад единого сообщества народов семьи банту. Ее потомки расселились по огромной площади к югу от экватора, однако по сей день неплохо понимают друг друга – настолько, что в XV–XVI вв. португальские мореплаватели, огибая Африку, нанимали себе переводчиков в Анголе, на западном побережье, и с успехом использовали их помощь в Мозамбике, на противоположном берегу континента. Некоторые ученые в шутку говорят о "пятистах диалектах" банту.

Однако единство языков банту – уникальный пример близости между языками крупного ареала. В Западной Африке, напротив, плотность и разнообразие языков настолько велики, что их носители зачастую не понимают тех, кто живет по соседству. В Камеруне, Нигерии, да и в других местах есть области, где каждое селение использует свой собственный язык, и такая чересполосица продолжается здесь в течение многих столетий. Бывает, что языки соседних деревень похожи, и ученым удается отследить их единое происхождение. Жители и сами нередко считают, что "вон в той деревне за холмом" живут их далекие родственники, и даже могут рассказать интересные легенды о том, когда и по какой причине их предки разошлись по разные стороны того самого холма. Но случается, что языки соседних поселений столь же различны, как русский и суахили.

Безусловно, в Африке существуют и крупные языки, которыми пользуются миллионы и десятки миллионов людей. Но, в отличие от Европы или Азии, их весьма немного. Распространение языков южнее Сахары шло преимущественно за счет развития торговли. Так завоевал популярность язык суахили в Восточной Африке. Сегодня этот "торговый язык" используется в 14 странах, им владеют не меньше 30 млн человек.

Крупнейшим языком на западе Африки остается хауса (34 млн человек) – он тоже когда-то распространился в результате торговой и политической экспансии одноименного народа, основавшего несколько влиятельных городов-государств на территории Северной Нигерии. Среди крупных языков следует назвать шона и зулу в Южной Африке (по 10 млн человек каждый), йоруба, фула и игбо на западе континента (соответственно 28, 25 и 24 млн), оромо и амхарский в Эфиопии (оба примерно по 25 млн человек), сомали с 15 млн носителей (угадайте, в какой стране) и несколько других. Ну а на севере континента безраздельно господствует арабский язык, на различных диалектах которого с детства говорят не меньше 150 млн человек.


И все же число языков, которыми с рождения владели бы больше миллиона людей, на всем огромном континенте не дотягивает до пятидесяти. Все они когда-то начинали свою историю как языки небольших народов или племенных объединений, распространивших свое влияние с помощью торговли и завоевания.

Многие сотни прочих языков Африки называют малочисленными, некоторыми из них сегодня пользуются лишь несколько десятков человек. В Нигерии, в одной-единственной деревне доживают свой век два-три десятка стариков, еще владеющих языком дефака. По их словам, в свое время их народ был многочисленным и процветал. На юге Эфиопии, в долине реки Омо, не больше трехсот человек говорят между собой на языке квегу. Когда-то они жили тем, что собирали дикий мед и охотились на гиппопотамов, но гиппопотамы в Эфиопии перевелись, и квегу стали наниматься на работу к соседним земледельческим народам, быстро теряя свой язык и культуру. А в Центральной Гане, в такой же затерянной деревне, вдалеке от шума современной цивилизации, лишь несколько стариков помнят свой родной язык мпре, происхождение которого остается загадкой для ученых.

КСТАТИ, ЭФИОПСКИЙ ЯЗЫК КВЕГУ – ЕДИНСТВЕННЫЙ НА ЗЕМЛЕ, ГДЕ СЛОВО "МЯСО" ПРОИСХОДИТ ОТ СЛОВА "ГИППОПОТАМ".

Ну а о совсем малых языках Африки мы поговорим поподробнее в следующий раз.

Источник: Архангельская А., Бабаев К. Что такое Африка. - М.: Рипол классик, 2015, 480 с.
Friday, April 19th, 2019
6:14 pm
Крым. Осень 1920 года. Решающий бой красных и белых
К началу ноября все подступы к полуострову Крым были блокированы войсками Южного фронта. Приближались дни решающего сражения. 25 октября (7 ноября) Главнокомандующий вводит в Крыму осадное положение. Исполняющим обязанности Таврического губернатора, начальника гражданского управления и командующим войсками армейского тылового района был назначен энергичный генерал-майор М. Н. Скалон.

Подспудно идет подготовка к эмиграции. Решительно и умело действовал сменивший в должности начальника Морского управления и командующего Черноморским флотом умершего 17 (30) октября от рака печени М. П. Саблина М. А. Кедров, произведенный в вице-адмиралы.

26 октября (8 ноября) усилилось давление красных. Подготовка кораблей резко ускорилась. 29 октября (11 ноября) Правительство Юга России выпустило официальное сообщение, которое Я. А. Слащов оценил как "Спасайся, кто может": "Ввиду объявления эвакуации для желающих офицеров, других служащих и их семейств правительство Юга России считает своим долгом предупредить всех о тех тяжких испытаниях, какие ожидают приезжающих из пределов России. (...) Все заставляет правительство советовать всем тем, кому не угрожает непосредственная опасность от насилия врага – остаться в Крыму". Параллельно подписывается приказ Главнокомандующего с аналогичным содержанием.

На 1 ноября боевая численность Русской армии составила 41 тысячу штыков и сабель (из них 16 тысяч в тылу) – общая численность 75 815 штыков и сабель. На ее вооружении было 1404 пулемета, 271 орудие, 24 бронеавтомобиля, 6 танков, 12 бронепоездов, 45 самолетов. Войска Южного фронта к 8 ноября насчитывали 11 628 командного состава, 103 140 бойцов пехоты, 39 569 бойцов конницы, 188 771 бойца всего, имея на вооружении 2999 пулеметов, 623 орудия, 57 бронеавтомобилей, 23 бронепоезда, 19 аэростатов, 82 самолета.

В ночь на 8 ноября начался переход красных через Сиваш. Надо сказать, что стояли достаточно сильные для этого времени года холода , от которых страдали оба противника. Врангелевцам приходилось даже хуже – у них не было теплой одежды. Транспорт "Рион" привез обмундирование, когда все уже было решено.

Утром 15-я и 52-я дивизии и 153-я бригада 6-й армии красных переправились через Сиваш. В течение суток они удерживали захваченный плацдарм на Литовском полуострове, несмотря на контратаки Дроздовской дивизии, усиленной отрядом бронемашин. По приказу М. В. Фрунзе им была оказана помощь: к 5 часам утра 9 ноября под обстрелом Сиваш форсировала Крымская группа войск Союза революционных повстанцев Украины (махновцев) под командованием С. Н. Каретникова (3000 сабель, 450 пулеметов на тачанках), потерявшая 30 процентов личного состава, и кавалерийская дивизия красных. Это позволило спасти ранее переправившиеся войска и перейти в наступление в тылу Перекопских укреплений. После 4-часовой артиллерийской подготовки, не давшей ожидаемых результатов, начался штурм. Людей не жалели. В результате в ночь на 9 ноября 51-я дивизия
В. К. Блюхера овладела Турецким валом – главным укреплением Перекопа, фронтальная атака которого первоначально успехов не имела. В целом потери красных составили 10 тысяч человек убитыми и ранеными.

Части Русской армии отошли на Ишуньские позиции. В тяжелых боях 10–11 ноября красные смогли отразить все атаки противника. Конный корпус генерал-лейтенанта И. Г. Барбовича и другие войска у Ишуни под натиском ударной группы 6-й армии, 51-й стрелковой дивизии, усиленной Латышской советской стрелковой дивизией, начали отход. 11-го 30-я стрелковая дивизия красных прорвала Чонгарские укрепления, овладела станцией Таганаш (Соленое Озеро) и взяла курс на Джанкой. Этот день и стал переломным в ходе боев. 9-я стрелковая дивизия красных переправились через Генический пролив. Продвигаться по Арабатской стрелке оказалось невозможно из-за корабельного огня противника.

10 ноября с целью дезорганизации тылов Врангеля западнее Судака судно-истребитель МИ № 17, вышедшее из Новороссийска, высадило группу во главе с известным впоследствии полярником И. Д. Папаниным, включавшую будущего драматурга В. В. Вишневского, которая двинулась к Алуште, разоружая отступавших врангелевцев.

Тем временем 10 ноября в Симферополе власть взял в свои руки ревком во главе с членом областного комитета РКП(б) В. С. Васильевым. Ревкомы возникают и в других городах Крыма. 11 ноября партизаны А. В. Мокроусова занимают Карасубазар. 13 ноября части 2-й Конной армии Ф. К. Миронова вошли в Симферополь.

Врангелевцы отступали в полном порядке, почти без контакта с противником. Сорвать эвакуацию не удалось. 11 ноября началась погрузка на корабли. Де Мартель выразил согласие принять всех оставляющих Крым под покровительство Франции. Для покрытия расходов французское правительство брало в залог российские корабли. Никто не мешал эвакуации. Отплывало все, что могло плыть. Это было невероятно рискованное предприятие. Малейшее волнение и...Но море было спокойным.

Утром 14 ноября Главнокомандующий объехал на катере суда в Севастополе. Сошел на берег. Выступил перед группой юнкеров: "Мы идем на чужбину, идем не как нищие с протянутой рукой, а с высоко поднятой головой, в сознании выполненного до конца долга". В 2 часа 40 минут, видя, что погрузились все, Врангель взошел на катер и направился к крейсеру "Генерал Корнилов".

В Евпатории эвакуация прошла нормально. Врангель объехал Ялту, Феодосию, Керчь, чтобы лично проследить за погрузкой. Около четырех последний транспорт – "Россия" – покинул Керчь.

На 126 судах было вывезено 145 693 человека, не считая команд. За исключением погибшего миноносца "Живой", все корабли прибыли в Константинополь.

Было эвакуировано: до 15 тысяч казаков, 12 тысяч офицеров, 4–5 тысяч солдат регулярных частей, более 30 тысяч офицеров и чиновников тыловых частей, 10 тысяч юнкеров и до 60 тысяч гражданских лиц, в большинстве своем семей офицеров и чиновников.

За время боевых действий – 28 октября—16 ноября – войска Южного фронта взяли в плен 52,1 тысячи солдат и офицеров Русской армии.

В ночь с 13 на 14 ноября части Латышской советской дивизии заняли Евпаторию. 14 ноября части 4-й армии – 3-й конный корпус и 30-я стрелковая дивизия – вступили в Феодосию, 15-го авангарды 6-й армии – в Севастополь, 16-го 3-й конный корпус – в Керчь, 17-го 52-я стрелковая дивизия – в Ялту.

Дальше начинался "пир победителей"...


Источник: (Серия "Проект "Украина") Вячеслав Зарубин Крым в годы смуты (1917-1921), изд-во "Фолио", 2013 г.
Wednesday, April 17th, 2019
7:41 pm
Москва середины и конца 1940-х годов. "Левые" концерты
Жизнь в ту пору была дорогая, фильмов снималось мало, телевидения еще толком не было и артистам приходилось искать любую возможность, чтобы подработать. Такую возможность давали концерты и прежде всего "левые", где гонорар устанавливался по договоренности, а не по ставке, которая была копеечной. Имена знаменитых артистов на афишах служили отличной приманкой для зрителей, а следовательно, для извлечения дохода. И все были довольны. Артисты – "наличными", зрители – знаменитостями, администраторы – сборами. Недовольным оставалось только государство: оно не получало налоги.

Известными организаторами "левых" концертов в послевоенные годы в Москве стали Михаил Шабатаевич Ашуров и Федор Николаевич Воронин, который еще до войны за подобные дела схлопотал пять лет. Организованные ими гастроли и концерты проходили как в Москве, так и на периферии. В 1947–1948 годах они организовали несколько таких концертов в клубе Военно-воздушной академии имени Жуковского, а также возили по Житомиру, Бердичеву, Одессе, Кишиневу, Челябинску, Магнитогорску и другим городам страны диктора Юрия Левитана, киноартистов Алейникова, Дружникова, Крючкова, Ильинского, Сорокина, Васильеву, Шпигеля, Гедройц, Каминку, Самойлова, Аксенова, Лялю Черную (Надежду Сергеевну Хмелеву), Переверзева, Алисову и др. Артистам, правда, доставались крохи. Львиную долю выручки "организаторы" оставляли себе. Бывали случаи, когда они только объявляли о концерте и забирали выручку, после чего скрывались. Администрации же клубов приходилось возвращать зрителям деньги.

В конце концов Воронина и Ашурова арестовали и в октябре 1949 года дали каждому по пятнадцать лет лишения свободы с конфискацией имущества. Суд в приговоре не стал выводить сумму, недополученную государством в виде налога. На него слишком сильное впечатление произвели суммы сборов от организованных концертов. Зря Воронин и Ашуров били себя в грудь и клялись, что почти все деньги потратили на разъезды, гостиницы, питание артистов и пр. Не до этого тогда было суду. Время было послевоенное, сложное, очередной виток репрессий пошел, ну и еще много всякого и разного. Так что никто и не удосуживался церемониться со всякими махинаторами, никто толком и не выяснял, насколько они виновны на самом деле.


Источник: Г. В. Андреевский Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1930-40 годы. М.: "Молодая гвардия", 2008 г., 447 с.
1:04 am
Москва середины и конца 1940-х годов. Остроты в прессе
После войны несколько ожил и юмор. Журнал "Крокодил" стал позволять себе то, что в другое время не мог бы себе позволить. Он даже замахнулся на святая святых: на кадровиков и анкеты! В 1945 году в журнале были помещены рисунки с такими подписями: "Вы так настойчиво интересуетесь моим покойным дедушкой, – говорила девица, – как будто хотите принять на работу его, а не меня". На другом же рисунке мужчина, заполняя анкету, на вопрос: "У Вас есть родственники за границей?" отвечал: "Два сына в Берлине".

Источник: Г. В. Андреевский Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1930-40 годы. М.: "Молодая гвардия", 2008 г., 447 с.
Tuesday, April 16th, 2019
7:55 pm
Москва конца 1940-х годов. Праздники
Особенно хороша была столица в праздники. Первого мая школьники надевали белые рубашки и повязывали красные галстуки. Шелковый, только что выглаженный пионерский галстук еще некоторое время сохранял тепло утюга, которым его гладили. Когда кончался парад, многие школьники старались пробраться поближе к пушкам, танкам, а потом шли за войсками, прошедшими Красную площадь, через всю Москву.

Праздновала Москва и церковные праздники. На Троицу рвали березовые ветки, а весной на Сороки в булочных покупали "жаворонков" – плетеные булочки с птичьей головкой и глазками-изюминками. На Пасху старушки, родившиеся еще при Александре II, проносили по улицам освященные в церквах куличи с бумажными цветами на макушке и крашеные яйца. Некоторые ученики брали эти яйца в класс, и учителя их за это стыдили. А уж сколько блинов пекли на Масленицу! Ухитрялись же, хотя и с мукой, и с дрожжами было трудно.

Собирались гости в тесных квартирках и комнатках. Набивались за столом так, что пошевелиться было трудно, не то что вылезти. Дети, так те к выходу под столом пролезали, а взрослым приходилось терпеть или поднимать с собою весь ряд. Зато весело было.

Уж больно много всяких впечатлений накопилось у людей за прошедшие годы, а радость от того, что все они позади, переполняла сердца, да и интеллигентных людей было больше, которые за столом остроумно шутили, тонко острили, рассказывали интересные случаи из жизни, а не наваливались на водку.

Поскольку в квартирах не всегда находилось место для танцев, танцевать выходили во двор, поставив патефон на подоконник. Ну а если среди гостей кто-то умел играть на баяне или аккордеоне, то танцевали под его аккомпанемент. К танцам присоединялись прохожие, штатские и военные. Их тогда много гуляло по Москве.

Кстати, в первое послевоенное время по Москве гуляли не только советские воины. По улицам ее важно прохаживались польские офицеры в квадратных "конфедератках" на головах, у американского посольства, которое находилось тогда около гостиницы "Националь" на Манежной площади, стояли и болтали американцы в ботинках на толстой рифленой подошве, а в Охотном Ряду или на улице Горького (Тверской) можно было столкнуться с англичанином. По улицам сновали иностранные "мерседесы", "форды", "гудзоны" и "линкольны". У последних был гудок, напоминающий ржание лошади.


Источник: Г. В. Андреевский Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1930-40 годы. М.: "Молодая гвардия", 2008 г., 447 с.
12:08 pm
Художественная жизнь во Львове в конце XVIII - начале XIX века. Часть 2
В 1798 году во Львов переехал Юзеф Рейхан (1762 - 1818), который стал родоначальником львовской художественной династии, так как его сын Алоизий и внук Станислав тоже стали художниками. Юзеф Рейхан родился в Польше, в городе Замостье. Искусству он вначале учился у своего отца Мацея Рейхана (? - 1794), прибывшего в Польшу из Саксонии. Потом учился в "королевской мастерской" в Варшаве, школе Марчелло Баччарелли (1731 - 1817). В 1794 году принял участие в обороне Варшавы, а после поражения Тадеуша Костюшко перебрался в местечко Пулавы, в имение князя Чарторыйского. В 1798 году переехал во Львов, где оставался до конца жизни. Рейхан был представителем направления в портретной живописи, которое было тесно связано с варшавскими традициями Просветительства.

В 1802 году во Львов перехал уроженец Германии Карл Готлиб Швайкарт (1772 - 1855), ставший очень популярным во Львове портретистом. Он родился в Людвигсбурге, учился в Штутгарте и Страсбурге, путешествовал по Чехии и Швейцарии. Закончил Венскую академию искусств, затем уехал в Прагу. В 1802 году перебрался во Львов, где оставался почти до конца своих дней. В 1807 году совершает поездку в Москву, также путешествует по Венгрии и Буковине. В 1840 году поселяется в своем имении в селе Рыков, близ Золочева. В 1846 году живет в Самборе, затем перезжает в Тарнополь (ныне Тернополь), где и умирает в возрасте 83 лет. Писал в основном портреты и был чрезвычайно продуктивен. Досконально владел академической техникой, но при этом мог угодить практически любым требованиям и вкусам. В наследии Швайкарта представлен широкий общественный срез жителей тогдашнего Львова. Это портреты представителей родовитой знати (Я. Батовского, Б. Третера, К. Замойского, Ю. Дидушицкого), многочисленных австрийских офицеров, просто горожан, а также набиравшей тогда силу и влияние буржуазии. Среди его работ, в частности, портрет Франца Ксавера Моцарта.

Во Львове также проживал и работал ученик Швайкарта, Корнелий Шлегель. Шлегель (1819 - 1870) родился в городе Станиславе (ныне Ивано-Франковск, Украина). Первые уроки рисования получил у Карла Швайкарта. С 1836 года учился в Венской академии искусств, затем продолжил учебу в Мюнхене. Около 6 лет художник жил и учился в Италии, а с 1847 года постоянно жил во Львове. Шлегель чаще всего обращался к религиозному, историческому и портретному жанрам. Он создал большое количество живописных и графических портретов видных львовских интеллектуалов того времени (Р. Духенского, Ф. Смольки, Ю. Санцевича), а также немало женских портретов, но, к сожалению, имена тех дам, которые ему позировали, по большей части остаются неизвестными до сих пор. Также Корнелий Шлегель был активным автором львовских периодических изданий той поры. Именно этот художник выдвинул идею и подготовил проект создания во Львове картинной галереи. Проект был опубликован в одном из львовских журналов осенью 1861 года, но, увы, в реальность он воплотился только значительно позже - Городская картинная галерея была открыта во Львове лишь в 1907 году.

Среди львовских художников был известен и сын Юзефа Рейхана - Алоизий Рейхан (1807/08 - 1860). Во Львове, где Алоизий родился и умер, он, как и его отец, был очень популярным портретистом. Поначалу он учился у отца. Затем учился у Йосипа Климеса тоже во Львове. А в 1825-30 годах Алоиз учился у А. Петтера и Ф. Кауцинга в Венской академии искусств. В академии Алоизий прошел курс рисунка с гипсовых моделей, занимался портретом, миниатюрой, учился как компоновать крупные исторические полотна. К сожалению, его работы той поры не сохранились. В 1830-32 годах Алоизий жил во Львове. Когда он вернулся в город, то в одном из львовских изданий появилась небольшая заметка, извещавшая, что во Львов приехал сын художника Ю. Рейхана, который получил диплом художника исторического жанра, портрета и миниатюры и имеет талант к творчеству.

С 1833 по 1835 годы Алоизий Рейхан жил в Риме и Неаполе, где прославился своими акварельными портретами. Он писал дипломатов и их семьи, а также обращался к религиозным сюжетам и сценам из быта простых итальянцев. Эти его работы выставлялись в 1837 году на выставке во Львове. Также Рейхан-младший пробовал себя и в пейзажном жанре, но эти его работы не сохранились. На короткое время, в 1835 году, вернулся во Львов, но уже в 1837 году уехал в Париж, где учился у художника Горация Верне (1789 - 1863). В Париже тоже писал портреты, которые характеризуют его творчество того периода. По дороге из Парижа посетил Голландию и Германию. Затем до конца жизни художник уже не покидал Львов для учебы, лишь в 1843 году вместе с женой ездил в Карлсбад (ныне Карловы Вары, Чехия). В середине XIX века Рейхан-младший являлся одним из наиболее популярных художников во Львове. Он писал портреты, временами даже в виде миниатюр. В своих миниатюрах он опирался на традиции Фридриха Амерлинга и Йозефа Дангаузера. В конце жизни Алоизий Рейхан обратился к религиозному и бытовому жанрам. Для создания своих произведений он использовал масляные краски и акварель. Акварельная техника создания небольших произведений была тесно связана с традициями венского бидермайера.

Алоизий Рейхан искал в искусстве красоту и гармонию, стараясь обходить стороной всякие конфликты и катастрофы.
Он писал портреты респектабельных львовян, умел угождать заказчикам, особенно женщинам: кого-то показывал более молодым, а кого-то в более благородно-респектабельном виде, что ярко проявилось,например, на портрете скрипача-виртуоза, а заодно и тестя (художник был женат на его младшей дочери, Людвике), Кароля Липинского (1790 - 1861).

В последние годы жизни художник акцентировал свое внимание на сакрально-религиозной тематике. Именно тогда им было написано полотно "Святое семейство" (ныне хранится во Львовской национальной галерее искусств имени Возницкого), исполненное в традициях итальянского искусства, особенно дорафаэлевского времени. В 1843 году Алоизий написал лики Святого Игнатия Лойолы и Святого Франциска де Ксавера для двух боковых алтарей костела иезуитов. А в 1845 году Алоизий вместе с Марцином Яблонским расписал костел в Стрые.

Работы Алоизия Рейхана выставлялись на выставках в 1847 и 1857 годах. Последняя была организована графом Александром Фредро (1793 - 1876) и другими ценителями искусства. Там также были выставлены работы Корнелия Шлегеля, Антония Лянге (1779 - 1844), Генрика Родаковского (1823 - 1894), Яна Морачинского (1807 - 1870).

(Продолжение следует.)


Автор - Наталья Крокис

Источник: независимый культурологический журнал "Йи"
(http://www.ji.lviv.ua/n86texts/N86-F_K_V_Motsart.htm)

Перевод с украинского - наш собственный.
Saturday, April 13th, 2019
7:08 pm
История Закарпатья. Основные вехи. Часть 1
Раз уж мы вспомнили про Закарпатье (смотрите пост чуть ниже), то полезно будет сделать еще один шаг в том же направлении и припомнить, что и как происходило в этом крае в течение его непростой истории.

Итак...

* * * *

Поселения людей в Закарпатье существовали уже в глубокой древности. Результаты археологических раскопок показывают, что наиболее старые такие поселения относятся еще ко временам палеолита. Самые первые люди на территории Закарпатья останавливались около таких мест, как Королево (наиболее древняя стоянка в Центральной и Восточной Европе - 1 млн. 100 тыс. лет), Рокосово, Ужгород, пещера Молочный камень (Тячевский район).

Первобытные люди делали орудия из камня, кости, дерева - рубила, скребки, остроконечники, резцы, чоперы, ножы. На територии края в это время был теплый климат в горах, а в низинах шумело море, о чем свидетельствуют находки черепашек, вымерших молюсков. Позднее климат стал холодным и сухим, в горах росли сосна, береза, граб, бук, ель, в низовине - степные травы. В это время был изобретен способ добывания огня, появилась первая одежда, первые жилища в пещерах, первые произведения искусства (наскальные рисунки). Люди занимались охотой на мамонтов, гиен, пещерных медведей, собирательством (коренья, дикие плоды, травы).

Ко времени мезолита (средний Каменный век, 12 тыс.лет до н. э. - 5 тыс. лет до н. э.) относятся древние стоянки около Камяницы, Диброва. В это время формируются племена. Человек постепенно переходит к оседлому образу жизни, приручает животных, начинает вести обмен вещами и плодами.

В эпоху неолита (новый Каменный век, 5 тыс. лет до н. э. - 3 тыс. лет до н. э.) появились новые способы обработки камня (шлифование, сверление), изготовления орудий труда (топоры, крючки, пряслицы), ткачество, гончарство (разрисованная керамика). Постепенно человек выходит из зависимости от природы, он живет в землянках, полуземлянках, поблизости от рек. В углах жилищ ставили глиняные печи. Люди часто меняли места жизни из-за истощения почвы. В эпоху неолита человек перешел от присвоения даров природы к их производству. Произошло разделение на земледельцев и скотоводов. Скотоводство способствовало заселению горных районов, об это свидетельствуют очень давние названия урочищ, которые впоследствии стали названиями соответствующих поселений: Воловье, Воловец, Скотарское, Бычков, Чабановка.

Археологические находки медно-бронзового века (3 тыс. лет до н. э. - 1 тыс. лет до н. э.) на територии Закарпатья - это поселения, могильники, курганы, клады. Здесь нашли немало металлических орудий труда, оружие и украшения (топоры, браслеты, серпы, слитки бронзы, мечи, подвески, фибулы). Кстати, бронзовая коллекция Закарпатья - одна из самых крупных в Украине, она насчитывает до 2 тысяч бронзовых предметов. И это не удивительно, ведь в период ХІІ- VІІІ веков до н.э. Закарпатье было одним из центров среднеевропейского бронзолитейного производства.

Среди культур железного века (1 тыс. лет до н. э. - наше время) выделяются: культура Гава- Голиграды, Куштановицкая, Латенская (последняя представлена, в частности, большим металургическим центром на р. Ботар, Виноградовский район). Кельты принесли на Закарпатье самую развитую культуру тогдашней Центральной Європы. Близ Мукачево находился весьма крупный металургический центр.

Потом пришли гето- дакийские племена (фракийцы). Даки разгромили кельтов, которые отступили в Германию. Даки строили поселения на высоких берегах рек: Стремтура (Иршава), Шелестово, Арданово, Читаттье (Солотвино). Укрепления строили на случай войны и для охраны торговых путей (закарпатская соль имела большую ценность), в самих городищах жили только охранники. Позже образовалось мощное патриархально-рабовладельческое государство гето-даков. Наибольший его расцвет имел место в 40 - е годы до н. э. и в период правлення царя Буребисты, а познее - при Децебале. Но легионы римского императора Марка Ульпия Траяна (98-117 г.) разгромили даков, разрушили на Закарпатье городище в Малой Копане. И в 107 г. образуется провинция Рима, Верхняя Дакия, "Dacia Superior" (северная граница по р. Самош). Закарпатье входило в непосредственную контактную зону с Римской империей. Археологи нашли римские монеты-динарии и остатки римской солекопи в Солотвине, клады в Нанково (1 тысяча серебряных римских монет), Брестово (25 золотых монет), Руском Поле, Гайдоше. В это же время действовал Затисянскиц металургический центр (Дяково, Вовчанское), а у реки Миц возник самый крупный в Центральной Европе район гончарного производства.

В IV веке н.э. в Паннонию пришли гунны. В середине V века в междуречье Дуная и Тиссы образуется политический центр гунннов во главе с легендарным вождем Аттилой. Во время большого переселения народов в Потиссье появились племена гепидов, вандалов, бургундов, остготов, лангобардов, славян. Под властью аварского каганата Закарпатье оказалось в конце VII века.

Новым этапом закарпатской истории стал переход мадьяров во главе с вождем Алмошем в 896 году через Верецкий перевал (по долине реки Латорицы) в Закарпатье и Паннонию. Именно об этом эпизоде, но в 898 году, вспоминает в своей летописи известный Нестор- летописец : "воевати на живущие валахи и словины". А вот по хронике Анонiма, в 903 г. случился поход угорцев, во время переселения, во главе с вождем Арпадом на Закарпатье и захват крепостей Унг, Вары. В этот период Закарпатье назывался "res nullis" - ничья територия, или "terra indagines" - буферная зона.

Вначале в Закарпатье сохранялась власть местной славянской знати. А в ХII - ХIII веках Закарпатье постепенно вошло в новообразованное европейское государство, королевство Большая Венгрия. В документах того времени закарпатский край упоминался как "Marchia Ruthenorum". В ХІІ веке король Геза II, пригласил сюда из Рейнской области саксонцев, которые выращивали виноград и добывали в горах золото, а жена короля Эндре I, Анастасия (дочь киевского князя Ярослава Мудрого), по мнению некоторых ученых, способствовала основанию монастыря на Чернечей горе, где жили монахи из Киево-Печерского монастыря. Постепенно на этих территориях образуются новые территориальные структуры венгерского королевства: в 1214 г. оформился Ужанский комитат, в 1262 г. - Угочанський комитат, в 1263 г. - Берегский комитат, а в 1303 г. образовался Марамороский.

Трагической страницей истории стал март 1241 г., когда армия жестоких завоевателей прорвала оборону в Карпатах, и монголо-татары хана Бату перешли через Верецкий перевал. Они захватили и разрушили Мукачево, Ужгород, Тячев, Солотвино, многие села. А потом в 1242 г. случился внезапный отход татаро-монголов из Венгрии. В 1254 г. венгерский король Бела IV пригласил немецких и итальянских виноградарей и виноделов (винцелеров) на опустошенные монголами земли Закарпатья. Некоторое время часть Закарпатья входила в состав Галицко-Волынского государства. Но уже в 1308 г. к власти в Венгрии приходит новая династия, Анжуйская.
Но жупан Унга П. Пете, жупан Берега Б. Копас, жупан Угочи И. Мойш подняли восстание против окатоличивания славянского населения и против нового короля Карла Анжу, который хотел централизовать государство. Еще раньше жупаны вели с князем галицким Львом Даниловичом переговоры об избрании королем Венгрии его сына Юрия, внука Белы IV. Но в конце концов в 1317 г. произошло поражение оппозиционной феодальной фронды. Победил молодой король Карл Роберт, которому сильно помогли в этом графы Другетты из Италии.

С тех пор история Закарпатья потекла по новому руслу. Уже в конце ХV века в комитате Унг насчитывалось 205 поселений, в комитате Берег - 122, в комитате Угоча - 76, в комитате Марамарош - 128. Общая численность населения края была около 100-115 тысяч человек. Интересно то, что в селах Липча, Иза, Длинное, Драгово, Бедевля, Вишково, Вильховцы, Кричево, Чумалево, Угля, Колодне, Вонигово проживали свободные селяне-немеши. А вот городское право имели Ужгород, Мукачево, Берегово, Хуст, Севлюш, Вары, Билки, Вишково, Тячево, Вилок, Косино, Чинадиево и так далее. Всего на Закарпатье тогда было около 20 городов и городков. Среди мастеров были наиболее распространении такие профессии, как: каменщики, сапожники, портные, пекари, столяры, цирюльники, гончары, золотари, колесники, кузнецы, меховщики. Как раз в XVI веке на территории Закарпатья начали распространяться протестантские религиозные движения в виде лютеранства, кальвинизма и цвинглианства. К тому же в горной местности началась с разрешения венгерских королей галицкая колонизация: украинцы-лемки
заселяли комитаты Унг, Берег, украинцы-бойки - Берег, Унг, а украинцы-гуцулы - Марамарош.

В 1376 г. королева Венгрии и Польши Ержибет предоставила Мукачево статус привиллегированного города, а также дала разрешение пользоваться собственной печатью. И вот в 1394 году на Закарпатье из Литовско-руского государства прибыл известный подольский князь Федор Корятович, который сделал много полезного для культурного обогащения народа в Закарпатье. Он учредил монастырь на Монашеской горе, а уже в 1440 г. было основано отдельное Мукачевское епископство. В 1514 г. состоялось большое крестьянское восстание в Венгрии под руководством Дьорджа Дожи (в восстании участвовало около 100 тысяч человек). Повстанцы неоднократно нападали на Ужгород, Мукачево, Хуст, Королево.

Но все изменилось в 1526 г., когда случилась битва при реке Могач, где венгры потерпели поражение от турок и потеряли своего короля Лайоша II, последнего из династии Анжу. Венгерское королевство было разделено на три части:

1.Трансильванское княжество - вассал Турецкой империи.

2.Центральная Венгрия - под властью Турецкой империи.

3.Западная и Северная Венгрия - под властью австрийских Габсбургов.

(Продолжение следует.)

Источник: интернет-издание "Колыба. Портал про Закарпатье" (https://www.kolyba.org.ua)
Перевод с украинского - наш собственный.
3:59 pm
Высокие вопросы одного московского мальчика
А еще на самом рубеже XIX и ХХ веков жил в Москве мальчик, которому в ту пору было 10 лет, но который уже интересовался всякими ВЫСОКИМИ ВОПРОСАМИ ( в меру своего разумения, естественно), и любимой книгой которого на то время было Откровение Иоанна Богослова (проще говоря, Апокалипсис) - "Торжественно-непонятный пафос ее, космологические катаклизмы, трубы архангелов, воскресение мертвых, Зверь, последние времена, Вавилонская блудница, чудесные чаши". А затем, прочитав еще и "Краткую повесть об Антихристе" Владимира Соловьева, мальчик ощутил, как "пробежали по спине мурашки" и... и побежал спрашивать у собственной мамы, не блудница ли она. Н-да, могу себе представить, что на такой вопрос ответил ему родной папа. :) Думаю, что пары раз ремнем по заднему месту в таком возрасте было бы достаточно. :)) Ну а потом мальчик подрос, посмотрел на жизнь и стал почитывать совсем иную литературу. Ну а еще позже он стал известным большевиком и даже деятелем Советского государства. А звали его Николай Бухарин - имя это вы скорее всего слышали.

Источник: Юрий Слезкин Дом правительства. Сага о русской революции. - М.: из-во Corpus, 2019.
1:39 pm
Ох уж эти эстеты :)
Оказывается, в 1890-х годах будущий известный русский композитор, а тогда просто скромный преподаватель Мариинского женского училища в Москве С.В. Рахманинов написал симфонию, на которую очень повлияли мотивы церковного средневекового музыкального сочинения о Страшном суде, Dies Irae. А вот еще один известный композитор (а также музыкальный критик и даже специалист по фортификации) Цезарь Кюи начал свою рецензию на первое исполнение Первой симфонии С. Рахманинова такими словами: "Если бы в аду была консерватория и если бы одному из ее даровитых учеников было задано написать программную симфонию на тему семи египетских язв, и если бы он написал симфонию вроде симфонии господина Рахманинова, то он бы блестяще выполнил свою задачу и привел бы в восторг обитателей ада".

Понятное дело после таких откликов Сергей Рахманинов посчитал свое первое большое детище неудачным и практически ничего не писал в течение трех лет, симфония оставалась неизданной, а партитура считалась безнадёжно потерянной. Но В 1944 г. А. В. Оссовскому удалось отыскать оркестровые голоса симфонии, по которым была восстановлена партитура произведения. "Вторая премьера" симфонии с огромным успехом прошла в Москве 17 октября 1945 года, дирижировал Александр Гаук.

Источники: Юрий Слезкин Дом правительства. Сага о русской революции. - М.: из-во Corpus, 2019.

Материалы Википедии.
Tuesday, April 9th, 2019
1:57 pm
Что делать с лишними книгами???
На самом деле перед каждым книгочеем и библиофилом встает вопрос: а что, собственно говоря, делать с теми книгами, надобность в которых по тем или иным причинам отпала, или которые вообще попали в личную библиотеку довольно случайно? Пространство квартиры ведь не резиновое и можно так насобирать всякие мудрые и не очень фолианты, что потом самому придется спать на них или вообще жить в коридоре. :) А ведь библиотеки сейчас подержанные книги от населения по разным причинам (как по соображениям недостатка пространства, так и из-за всяких бюрократических заковык) не всегда принимают, до магазинов-букинистов и точек буккроссинга еще добраться надо (и тоже это бывает по каким-то причинам неудобно), друзьям-приятелям именно эти книги могут оказаться тоже ненужными, а просто выбросить как-то рука не поднимается. Но если живешь в довольно крупном доме с довольно разнообразным контингентом жильцов, то можно попытаться просто оставить ту или иную книгу просто в подъезде - возможно, кого-то она заинтересует и книга все-таки получит шанс на новую жизнь.


Я сужу по своему личному опыту: у нас в доме всего один подъезд, где-то 67 квартир, народ живет всякий разный, и с некоторых пор я иногда пускаю те или иные ставшие ненужными книжки в народ и дальнейшее плавание. И по всяким нюансам видно, что вот, выложил книжку в подъезде, а ее скорее всего забрали именно для чтения и изучения. Так что, по-моему, смысл в таком одаривании есть. Вот наиболее яркие примеры такого рода: 1) где-то днем в выходные, по дороге за пищей нашей насущной и т.п., выложил в подъезде брошюру "Психологическая подготовка к рукопашному бою" (как она ко мне попала в свое время - отдельный интересный вопрос :)) ) - возвращаюсь где-то минут через 45, всё, книжечки и след простыл, явно взяли почитать. 2) Олег Шишкин Сумерки магов. Георгий Гурджиев и другие. М., 2005. -где-то около 20 ч. вечера тоже пошел в магазин, оставил в подъезде, к утру уже не было - тоже скорее всего кто-то взял, ибо книжка на вид была вполне опрятная и почти как новая, да и тема как раз такая, которая может заинтересовать широкую общественность. 3) журнал "Нэшнл Джеогрефик" на русском языке, но где-то 8 или 10 летней давности, с крупным заголовком на обложке "Царь Ирод - кто он, талантливый строитель или кровавый убийца?". Рядом в подъезде лежали чьи-то (не мои) учебники и книжки по экономике, которые потом пролежали еще дня четыре (и, вероятно, их просто выкинули), а вот мой журнал исчез уже часа через полтора. :) 4)Сборник баек известного писателя Михаила Веллера "Легенды Невского проспекта" - забавное и довольно увлекательное чтиво, но, что называется, на один раз. :) Лежал этот сборник рядом с теми же книжками по экономике недолго и исчез где-то через полдня после выставления напоказ. Ну вот так, просто смысла и дальше хранить именно эти книжки я не видел. А так кто-то с ними и познакомится, и совесть моя будет спокойна. Так что в случае чего и в дальнейшем буду предлагать книжные ненужности вниманию соседской общественности.
Monday, April 8th, 2019
8:53 pm
Историко-этнографические регионы Украины. Часть 14
Закарпатье

Значительную часть украинского Закарпатья занимает территория расселения трех этнографических групп украинских горцев, что вместе с северной (галицкой) зоной создает историко-этнографические
районы Гуцульщини, Бойковщины и Лемковщины. Пригорная и низинная часть Закарпатья вне территории расселения гуцулов, бойков и лемков характерна тем, что здесь рядом с представителями восточных славян значительно гуще, чем в горной части, проживают рассеяно и компактными группами представители соседних этносов, в частности венгров, румын, словаков, чехов, а также потомки немецких колонистов и цыгане.

На самом деле вопрос о происхождении и национально-культурной идентификации восточнославянских закарпатцев достаточно сложен. В политических и научных кругах Украины преобладает позиция, что этнические славяне Закарпатья во многих компонентах традиционно-бытовой культуры, языка и национального самосознания
преимущественно характеризуются органическим единством со всем украинским народом. В то же время в самом Закарпатье немало и тех, кто считает закарпатских славян-русинов отдельным карпаторусским восточнославянским народом. Считается также, что идеология политического русинства во многих случаях случаях и проявлениях фактически нацелена на отрыв Закарпатья от остальной Украины.


Многовековое соседство и взаимодействие закарпатцев с другими национальностями существенно обозначились в разных сферах традиционно-бытовой материальной и духовной культуры местного населения. В народном строительстве, хозяйственных занятиях, одежде, промыслах и ремеслах, питании, обычаях, фольклоре, разговорном языке проявляются разные взаимовлияния. В то же время в этом сложном
комплексе культурных перекрещиваний, наслоений и влияний четко прослеживается субстрат этнокультурного единства и общности закарпатских славян с основной массой украинского народа.

Все это характеризует украинское Закарпатье не как этнографически однородный район, а как ареал, край, на сравнительно небольшой территории которого
существуют разные этнографические и этнические традиционно-бытовые реалии и культурные
взаимовлияния, предопределенные объективными естественными, многовековыми
политическими и экономическими условиями его исторического существования. Это и представляет этнографическую специфику этого края.



Источник: Етнографia України: Навч. посибн./За ред. проф. С.А. Макарчука. - Вид. 2-ге, перероб. і доп. - Львів: Світ, 2004. -- 520 с.

Перевод с украинского - наш собственный. :)
Sunday, April 7th, 2019
7:54 pm
Дмитрий Гуня
Исторические хроники лаконично свидетельствуют о том, что гетманская
булава перешла в руки запорожского полководца Дмитрия Гуни во время тревог и испытаний. Перед казачеством опять встала дилемма: служить Речи Посполитой или до конца отстаивать интересы
Украины. В лагере под Жовнином летом 1638 г. казаки избрали путь
борьбы.

На выбор решения, безусловно, повлияла и мысль новоизбранного
гетмана Дмитрия Гуни. Документальных сведений о его происхождении, к сожалению, не сохранилось. Однако на основании некоторых данных можно сделать предположение, что он был выходцем из казацкой семьи с Киевщины, сыном Тимофея Гуни. Весной 1637 г. Дмитрий Гуня избирается полковником повстанческого войска, возглавленного гетманом Павлом Бутом. Выступив с Сечи, казаки столкнулись
с шляхтой вблизи села Кумейки. Преимущество сил противника в ходе
битвы стало очевидным. Для организации новых отрядов и пополнения
боеприпасов Павлюк отошел в Черкассы, поручив руководство
своему соратнику Дмитрию Гуне. Опытный вожак сумел продержаться до наступления темноты, а потом, захватив артиллерию, отступил к Мошнам. Преследование карателей заставило повстанцев
организовать новый лагерь в городке Боровицы. Однако, поняв
бесперспективность дальнейшего сопротивления, они вступили в переговоры
с королевскими комиссарами, во время которых Павла Бута по-предательски
схватили и арестовали. Дмитрий Гуня, наверное, не был
сторонником соглашения с шляхтой - поэтому во главе казацкого отряда
он прорвался сквозь враждебные посты и отошел на Запорожье для
продолжения борьбы.

В январе 1638 г. казаки избирают Гуню кошевым атаманом. Вместе с Яковом Острянином и Карпом Скиданом он тщательным образом готовился к вооруженному выступлению. Их призывы доходили до самых отдаленных городов и сел Украины. Дмитрий Гуня отправил Андрея Ожеженка и Григория
Горелого с посланием к крымскому хану, в котором просил помощи в борьбе с польской шляхтой. Аналогичное посольство отправилось и на Дон.

Тем временем в Варшаве сейм принял постановление под названием "Ординация войска Запорожского реестрового, пребывающего на службе Речи Посполитой", направленное на ликвидацию привилегий
реестровцев, добытых ими в предыдущие годы. В документе шла речь о размахе народного движения в Украине, которое представляло угрозу для Речи Посполитой. На "вечные времена" отменялись права казаков на избрание старшин и собственное судопроизводство. Реестровое войско ограничивалось 6 тысячами человек. Без паспорта правительственного комиссара под угрозой смерти никто не мог идти на Запорожье. Казакам запрещалось селиться в любых городах, кроме пограничных - Черкасс, Чигирина и Корсуня. Два полка реетровцев должны были постоянно
находиться на Сечи, предотвращая сосредоточение там беглых крестьян
и горожан. С помощью "Ординации" правительство стремилось превратить
реестровое войско в надежный инструмент реализации своих далеко идущих планов.

А в этот период на Поднепровье и Левобережной Украине в ответ на призывы из Запорожья организовывались повстанческие отряды, накапливались боеприпасы и провизия, происходили вооруженные
выступления против шляхты.

Во второй половине марта полк Дмитрия Гуни выступил в составе повстанческого войска из Запорожья, имея задание захватить главные переправы через Днепр. С помощью местного населения
были разгромлены отдельные шляхетские гарнизоны и казаки взяли под
свой контроль русло Днепра от Кременчуга к Триполью. Лишь
после битвы под Лубнами Дмитрий Гуня присоединился к основным силам
повстанцев. Отступление их войска к Жовнину знаменовало
новый этап в развитии казацко-крестьянского восстания, а именно -
окончательный переход к оборонной тактике.

После отхода Якова Острянина в пределы Московского государства
повстанцы под огнем противника укрепили лагерь, в котором в начале
июня насчитывалось около 20 тысяч человек. На казацком совете
гетманом был избран Дмитрий Гуня. В то время бои на околицах
Жовнина становились все более ожесточенными. Значительные потери понесли как шляхтичи, так и казацко-крестьянское войско.

Дмитрий Гуня пытался выиграть время, поскольку получил известие о подходе из Черкасс Карпа Скидана и 2-тысячного отряда Соломы. Однако вскоре стало известно о прибытии к
Переяславу новых сил противника под руководством польного гетмана Николая Потоцкого. В ночь на 10 июня казацко-крестьянское войско перешло на левый берег реки Сулы и заняло оборонные
позиции "в устье Старицы". У повстанцев оставалось 8 пушек, которые наносили противнику значительные потери.

В полдень 12 июня к лагерю повстанцев подошла конница М. Потоцкого, а под вечер - полки С. Потоцкого и Я. Вишневецкого. Окруженное казацко-крестьянское войско продолжало отчаянно обороняться. Десятки раз после длительного артиллерийского обстрела жолнеры поднимались на штурм его позиций, но безрезультатно. Наконец Н. Потоцкий решил взять окруженных измором. Он разослал по ближайшим селам карательные отряды, которые препятствовали подходу новых сил и чинили зверства над мирным населением. Шляхтичи игнорировали неоднократные просьбы Дмитрия Гуни дать
спокойствие "невинным и угнетенным людям". К лагерю Н. Потоцкого продолжали прибывать новые
подкрепления: отряды шляхты из Брацлавского и Краковского воєводств,
из Лянцкоронского, Хмельницкого и Остерского староств и отдельные магнаты с собственными людьми. В начале июля из-под Киева привезли осадные орудия. Однако все старания карателей
оказывались безрезультатными. Среди коронного войска росло
недовольство ходом событий, в результате чего отдельные его подразделения
начали покидать лагерь. Не лучшим было и положение повстанцев.
Каратели уничтожали отряды, которые шли на помощь Гуне. В боях
испытали разгром и ополченцы, возглавляемые Савою, Соломой и Мурком.


В конце июля 2 тысячи повстанцев под руководством Филоненко
остановились на правом берегу Днепра, против устья р. Сулы. Собрав
в селах Чигиринского, Черкасского и Корсунского староств новые
силы, он шел на помощь осажденным. После неоднократных попыток
переправиться через реку под сильным артиллерийским огнем лишь
нескольким сотням во главе с Филоненко удалось пробиться в лагерь
повстанцев, но оружия и провианта, доставленного ими, хватило
ненадолго.

Очутившись в трудном положении, Дмитрий Гуня послал двух казаков в Москву с просьбой о помощи. Но сведений о результатах этой миссии в источниках не сохранилось. Одновременно вожак
повстанцев вел переговоры с польным гетманом. В одном из посланий Н. Потоцкому он отмечал, что "казаки готовы скорее
умереть и все до последнего сложить свои головы, чем принять
такой мир, как под Кумейками". Казацкому послу Роману Пеште
польный гетман сказал, что готов прекратить осаду и дать
возможность повстанцам разойтись по домам при условиях выдачи артиллерии,
признания верховенства польского короля над Войском Запорожским и
старшинства Н. Потоцкого над реестровцами с правом самому
назначать полковников. Общий для всех казаков, которые участвовали
в тогдашних событиях, совет должен был состояться в Корсуне 9 сентября,
откуда они должны были отправить петицию о помиловании
Владиславу IV.

Не всех повстанцев удовлетворили такие предложения. Однако, потеряв всякую надежду на помощь, часть старшины заняла в этом вопросе соглашательскую позицию. Поскольку аналогичные переговоры
под Боровицею завершились изменой со стороны королевских комиссаров и арестом казацких вожаков, в ночь на 28 июля Дмитрий Гуня с небольшим отрядом покинул лагерь и отошел в Запорожье. Дальнейшие переговоры с Н. Потоцким вели уже Роман Пешта, Иван Боярин и Василий Сакун. Польный гетман заверил казаков, что на
ближайшем сейме будет добиваться возвращения их прежних прав.
Одним из главных пунктов соглашения, подписанного 28 июля 1638 г.,
было возвращение в барские имения крестьян - участников восстанния. Казаки также принесли присягу на верность польскому королю.

Поражение казацко-крестьянского войска на Старице не означало
окончания восстания. На Левобережье разгорались новые выступления.
На Роменщине народные мстители захватили шляхетский замок и
перебили представителей местной администрации. Н. Потоцкий послал туда полк коронного войска. Значительные силы были отправлены на
Запорожье. Каратели разрушили Базавлуцкую Сечь и арестовали
немало запорожцев. Дмитрию Гуне и в этот раз удалось избежать
расправы. Он организовал переход нескольких тысяч казаков на Дон.
Послы Речи Посполитой в Москве М. Стахорский и X. Раецкий
называли Д. Гуню вместе с Я. Острянином главными зачинщиками
переселенческого движения в пределы Русского государства. Мужественный козацкий вожак в последующие годы не раз выступал совместно с
донскими казаками против турок и татар. Последнее известие о нем
сохранилась в послании воронежского воеводы Мирона Вельяминова
в Посольский приказ от 19 июня 1640 г., где идет речь о походе
на Черное море донских и украинских казаков во главе с гетманом
Гункою Черкашенином. Дальнейшая судьба Дмитрия Гуни неизвестна.



Источник: Iсторія України в особах: Литовсько-польська доба/Авт. коллектив: О. Дзюба, М. Довбищенко,... О. Русина (упоряд. и авт. передм.) та ін. - К.: Україна, 1997. - 222 с.

Перевод с украинского - наш собственный. :)
Saturday, April 6th, 2019
5:57 pm
Львовские палачи
Ну, что делать - такое тоже было в истории славного и прекрасного города Львова. И не надо делать вид, что такого не было. Такие уж были тогда нравы и порядки.

* * * *


Палач (кат) - должностное лицо городской власти в XV - XVIII веках, которое осуществляло экзекуции, а также выполняло другие функции, связанные с соблюдением общественного порядка в городе. Во львовских архивных документах палача называли "мастером справедливости", "малодобрым", "экзекутором" или просто "мастером".

Первые письменные упоминания о профессиональном экзекуторе во Львове фиксируют документы начала XV века. По тогдашним законам, задачей палача было служить справедливости и защищать общество от "засилия плохого", "чтобы зло не распространялось на свете". Юристы XV - XVIII вв. утверждали, что палач, выполняя судебные решения, не совершает греха ни перед Богом, ни перед людьми, потому что является Божьим слугой и делает все во имя справедливости.

Палач во Львове в XVI - XVIII веках публично выполнял такие виды наказаний: отрубание головы, повешение, сжигание, усаживание на кол, закапывание в землю, четвертование, колесование, а также более легкие телесные наказания, например, битье кнутом. Палач участвовал в проведении следственных действий, осуществляя пытки.
Во Львове практиковали такие виды пыток: оставление узника без еды на протяжении длительного времени; держание ног в соленой воде; заливание в горло горячего масла или смолы; напускание разных ядовитых насекомых, грызунов; растягивание тела, чтобы порвать мышцы. Пытки применяли до 1776 года.

Кроме функций, связанных с правосудием, палач осуществлял надзор за домом разврата, выгонял за пределы городских стен бродяг и проституток, которые не имели права проживать в городе. К полномочиям палача также принадлежал надзор за соблюдением чистоты во Львове, обязанность вылавливать беспризорных животных.

Кроме публичных функций, связанных со служением обществу, палачи занимались дополнительными промыслами. Хорошо осведомленные в анатомии человека, палачи диагностировали и лечили внутренние болезни, травмы, тайно торговали человеческими труппами для проведения медицинских опытов, а также различными напитками и снадобьями, изготовленными из органов казненных лиц, которым приписывали лечебные свойства. В частности большие магические свойства приписывали шнурку, на котором были казнены лица обоего пола. Львовские палачи также зарабатывали тем, что учили этому ремеслу других лиц. В частности был случай, когда палач Каменца-Подольского учился два года во Львове. Для того, чтобы стать мастером, следовало выполнить "штуку" - публично выполнить казнь осужденного через отрубание головы одним ударом. Вершиной профессионализма было снести три головы сразу.

Палач и члены его семьи были лишены права участия в общественной жизни города. Цеховые уставы запрещали ремесленникам заключать с ними любые соглашения. Даже в церкви (костеле) "господину малодоброму" выделяли отдельное от других место. Палачи находились под правовой защитой короля и местных органов власти. Они непосредственно подчинялись войту. Вместе с синдиком, писарем, сторожевой стражей, войтовскими слугами львовский палач состоял в штате магистрата и за выполняемую работу получал плату. В 1452 году город платил палачу один грош в неделю и дополнительно ЗО грошей за весь год, на протяжении 1730-1731 годов за выполнение судебных решений - четыре злотых в неделю, а его двум ученикам - 03 злотых 20 грошей за пять дней работы. Кроме вознаграждения за работу, палач получал от магистрата бесплатное жилье. В 1631 году ему предоставили жилище у стен города, в городских актах было записано: "Еврея Гомбрихта из строения у стен выселить и поселить там малодоброго".

Кроме оплаты труда из городской казны Львова, палач получал дополнительные доходы за выполнение судебных решений. В частности в 1531 году ему выплачено 12 грошей за отрубание головы мужчине, который хотел пролезть в город через стену, в 1548 году - за аналогичную работу он получил 7,5 грошей, в 1730 году выплачены четыре злотых за отрубание головы женщине, которая убила своего новорожденного ребенка, в 1748 году за такую же работу - 01 злотый 10 грошей. В XVII веке пытки стоили в среднем 15-24 грошей. В XVIII веке оплата за выполнение пыток увеличилась и достигла 12 злотых.

По давним традициям палач мог забрать себе все вещи казненных, что были на покойниках ниже пояса. Во Львове также существовал обычай, что каждый осужденный к казни через отрубание головы должен был дать палачу любую сумму денег в знак понимания и для ожидаемого послабления физических страданий.

В 1508 году из-за подкупа, а может, по причине неопытности, палач не смог лишить головы осужденного шляхтича Добростанского, а лишь тяжело ранил его. Это было расценено как знак неба, осужденному подарили жизнь и приказали лечить. Вылечившись, шляхтич подал в суд на город за нарушение своих прав.

Экзекуторами чаще всего становились люди из плебейского сословия, с бедным духовным миром, задатками к насилию - бродяги, попрошайки, иногда иностранцы по происхождению. В 1629 году Львов остался без экзекутора, поскольку тот, совершив убийство, сбежал из города.

На протяжении 1774-1786 годов во Львове было два экзекутора. Второй палач появился из-за неудачного выполнения казни старым "малодобрым", который в связи с почтенным возрастом потерял квалификацию. Старому палачу поручали выполнять более простые наказания, а новый осуществлял сложные экзекуции. Должность палача была ликвидирована во Львове в 1786 году одновременно с отменой магдебургского права.



Автор - Степан Белостоцкий.

Источник: Енциклопедія Львова. Т. З / За ред. А. Козицького. - Львів: “Літопис”, 2010. - 736 с.

Перевод с украинского - наш собственный.
Friday, April 5th, 2019
1:32 am
Художественная жизнь во Львове в конце XVIII - начале XIX века. Часть 1
Процесс становления западноукраинской живописи не был простым. В 1780 году прекращает свою деятельность средневековый по своему устройству и порядкам цех художников. Постепенно известными художниками-портретистами церковного и светского портрета мастерами росписей соборов, костелов, церквей стали местные художники, закончившие европейские академии искусств, а именно: Лука Долинский (1745 - 1824), Евстахий Билявский (1740 - 1804), Юзеф Хойницкий (1745 - 1812).

Лука Долинский учился в Вене в 1775-77 годах. Он работал над украшением собора Святого Юра и других храмов, а также оставил большую галерею портретов деятелей Греко-католической церкви того периода.

Евстахий Билявский учился в Риме в Академии Святого Луки в 1766 году. Свои творения он подписывал полным именем с указанием "Delia Akademia Roman a Pictor". В конце 1790-х - начале 1800-х годов он создал галерею портретов армянских архиепископов. К числу наилучших его работ принадлежат портреты Х. Рищевской (1784), Криштофа Деймы (1782), Ивана Бачинского, Стефана Завалькевича, Доминика и Схоластики Никоровичев, графа Яна Миера и других.

Юзеф Хойницкий - львовский художник, популярный портретист, которого считают одним из лучших учеников Станислава Строинского (1719 - 1802). Этот хужожник являлся автором многих религиозных композиций для львовского кафедрального римско-католического собора, а также репрезентативных портретов тогдашней аристократии.

Еще в конце XVIII века во Львове ставился вопрос о создании специального художественного заведения - Академии, однако оно было сочтено "не ко времени" и потому открыто не было. Лишь при университете существовала школа рисунка, где студенты других факультетов могли получить лишь первые уроки рисунка, а далее уезжали продолжать свое художественное образование за границу. Большинство из них в дальнейшем учились в Венской академии искусств. Излюбленным жанром этих художников был портрет. Потрет первой половины XIX века развивал традиции мещанского и священнического портрета конца XVIII века, где национальные традиции отражались наиболее сильно.

В начале XIX века под влиянием творчества осевших в Галиции художников - переселенцев австрийско-немецкого происхождения портретная живопись на этих землях приобретает черты бидермаера. Само название "бидермаер" появилось достаточно случайно и поначалу носило сатирический характер. Это был пседоним, которым подписывались сатирические стихи - "Бравый пан Маер". В искусствоведении термин бидермаер был впервые использован в статье Карла - Августа Бьоттигера "Будущее орнамента на примере развития шпалерного дела", а затем в книге П.-Ф. Шмидта "Живопись Бидермаера". Стиль бидермаер распространился в Австрии и Германии в 1815 - 1848 годах. Вообще бидермаер был явлением неоднородным и соединял в себе черты и влияния современных ему направлений: романтизма, реализма, идеализма, классицизма и т.д. Он сформировался как направление немецкого романтизма, но очень быстро переродился в ограниченный мещанский и "сладковатый" натурализм, который отдалился от романтической мечтательности и идеалистичности. Искусство бидермаера было провинциальным по характеру, а потому, вместо пышности и величия столичного ампира, оно выдвинуло идею простоты и практичности, стремления к уюту и комфорту. В живописи ценилась выписанность мелких, даже самых незначительных деталей, чтобы было всё так, как на самом деле. В работах художников бидермаера выступали также "незначительные" бытовые детали, которые носили сатирический или сентиментальный характер. Семейные сцены, портреты на фоне интерьера, сцены с детьми, которые вызывали умиление, потому и превратились в особый жанр живописи. Идеализация зажиточного и стабильного мещанского быта и человека в нем, с его традициями и внутренним миром стала основной темой в искусстве этого художественного направления в Галиции. На львовской почве перенесенные из Вены художественные явления приобретали значительно упрощенный вид. Среди львовских горожан ценилось усердное и суховатое изображение, близкое к естественности.


Одним из первых приехал во Львов на рубеже XVIII и XIX веков (точнее, в 1794 году) уроженец Триеста Йозеф Франц Пичман (1758 - 1834). Он учился в Венской академии, его учителями были Фридрих-Генрих Фюгер (1751 - 1818), Джованни Баттиста Лампи (1751 - 1830) и Генрих Карл Брандт (1724 - 1787), и уже в 1787 году Пичман стал членом Академии. По просьбе Юзефа Чарторийского (1740 - 1810) и Тадеуша Чацкого (1765 - 1813) Пичман переехал в Корец на Волыни, а затем в Варшаву (1789), где вместе с Джованни Лампи и Джузеппе Грасси (1757 - 1837) поступил на службу к королю Станиславу Августу и писал лишь портреты. После начала восстания под руководством Тадеуша Костюшки (1746 - 1817) перебрался во Львов, где оставался до 1806 года, время от времени совершая небольшие путешествия. За эти годы Пичман написал 280 портретов. В 1806 году Пичман принял предложение занять место преподавателя рисунка в лицее города Кременца, в свое время основанном Т. Чацким. Там Пичман оставался до конца жизни, создавая портреты волынской шляхты,магнатов, а также российских чиновников и военных.

В начале своей деятельности Пичман еще довольно часто обращался к мифологическим и религиозным сюжетам, но портреты очень быстро заняли основное место в его творчестве. В своих портретах Пичман отказывался от парадности, от штучных эффектов, стремять представить людей в атмосфере повседневности, занятыми интеллектуальными или художественными занятиями, часто на фоне природы. Во Львове Пичман писал портреты польской знати, а также интеллектуалов и деятелей культуры.

На портрете - Франц Йозеф Пичман.

(Продолжение следует.)



Автор - Наталья Крокис

Источник: независимый культурологический журнал "Йи"
(http://www.ji.lviv.ua/n86texts/N86-F_K_V_Motsart.htm)

Перевод с украинского - наш собственный.
Tuesday, March 26th, 2019
12:14 pm
Первые цукерни во Львове. Часть 3
В 1894 г. прибыл во Львов из Перемышля известный кондитер Дезидерий Шольц и открыл при Краевой Выставке на территории Стрыйского парка кофейню. "Павильон Шольца" был мгновенно оккупирован сливками львовского общества и в пять пополудни производил впечатление изысканного "файф о’клок" в одном из его салонов.

Неизвестно только, кто в той кофейне был важнее — владелец или кассирша. Звали ее Элля Денстль, и стала она первостепенной достопримечательностью не только той кофейни, но и Выставки в целом. За ее благосклонность — хоть и напрасно — боролось немало поклонников, а среди них двое известных и важных сановников. Один с длинной седой бородой, как святой Николай, а второй с мощной, как у тура, шеей. Однако эти декоративные аксессуары ни на что не годились. Польза от всего была только Шольцу, потому что в кофейне гости аж роились. А поскольку Шольц был по специальности кондитером, и хорошим, не обошлось без заказа пирожных и мороженого домой и на пиры, которых в период Выставки было очень много. Нечего удивляться, что после закрытия Выставки Шольц, имея уже постоянных клиентов, переселился в центр города и устроил здесь цукерню на лучшей и самой элегантной в те времена улице Третьего Мая, 5, где впоследствии будет Земский крединый банк. Этот участок считался многообещающим, так как жили здесь люди состоятельные.

Но хотя сам Шольц и бывал там целыми сутками, чтоб удовлетворить все желания своих клиентов, цукерня уже не была такой, как во время Выставки. А главное — не было уже в ней Элли. Панночка создала собственную ресторацию "Под соловейком" на площади Бернардинской. А за шольцевским буфетом хозяйничала чуть усталая и постоянно чем-то неудовлетворенная жена либо прел толстый сонный начальник. Но, в конце концов, место, выбранное Шольцем, подвело его, потому что не было людным, на ту пору там не было ни одного магазина. В результате и сама цукерня начала засыпать, пока не заснула навеки.

В доме № 5 на Марийской площади разместилось несколько магазинов и цукерня, которая переходила из рук в руки — Чуджак, Сочек, а в межвоенный период — Эдвард Дудек.

В соседнем доме под № 6 известная варшавская фирма "Э. Ведель" торговала сахаром, конфетами и шоколадом. А над домом № 7 горела неоновая реклама шоколада "Милка".

На ул. Рутовского, 8, в 80—90-х годах разместилась цукерня Мыхайля Моннэ, племянница которого Ванда Моннэ так успешно вскружила голову художнику Артуру Гроттгеру. Но эта улица не славилась слишком многочисленными прохожими, и в 1896 г. Моннэ перебрался на ул. Лычаковскую, 9, где в те времена бурлила очень оживленная торговля. Еще в начале века над входом виднелась фамилия владельца.

Кто имел скромные требования и считался с деньгами, посещал маленькие цукерни, а было их во Львове без счета. К ним относились, между прочим, две цукерни, которые славились многочисленной клиентурой, потому что пирожное там стоило 4 цента, а не 5–6, как в других местах. Одна из них, Циммера, находилась на ул. Академической между отелем "Жорж" и Хорунщиной, вторая, Литвинского, — на ул. Крутой (впоследствии ул. Сенкевича), 11. Со временем эту цукерню перекупил Казимир Левандовский, который уже имел цукерню неподалеку под № 7.

В конце XIX века начал создаваться новый тип цукернь, так называемая "сладкая дырка". Это были преимущественно маленькие магазинчики, в которых часть помещения занимал стол, а вторую часть — маленькие столики и такие же маленькие табуретки. Иногда столики стояли также во втором помещении, в который заходили со стороны магазина. Клиентами этих заведений, имевших характер самообслуживания, были обычно школьники, которые наведывались сюда во время перерыва. Посетители подходили к буфету и здесь выбирали желанные вкусности.

Известной и любимой, в частности детьми, была также цукерня Вонсовича на ул. Ягеллонского, 16, потому что там можно было в любое время дня получить "окрушки". Это были кусочки пирожных, тортов, которые выбирали из форм и с подносов и затем продавали в бумажных пакетиках за один-два цента. Спиннетер на пл. Рынок (в начале Краковской) держал цукерню, в которой выпекались самые большие пампушки по 4 цента. Такой пампух не помещался в ладони, и было чем насытиться. Поэтому сюда чаще всего забегали студенты.

Определенной пикантной таинственностью была окружена цукерня пани Анели Курнаховой. Сначала она находилась на углу площадей Бернардинской и Галицкой, где позже были поставлены новые дома с аптекой "Под венгерской короной", позже ее цукерня появилась на пл. Рынок, 33, и в конце концов — на ул. Доминиканской, 9.

Наведывались туда не только на толстые пампушки, но и на толстые остроты. Владелица сама напоминала пампушку, была кругленькая, с рубенсовскими формами и фиглярной улыбкой. Ей нравилось, когда на ее формы обращали внимание, она любила кокетничать, а порой и с головой нырять в какую-то любовную историю.

В 80-х годах XIX века городское гражданство получил чешский еврей Франтишек Стафф, отец двух львовских поэтов — Леопольда и Людвика Стаффов. Он открыл цукерню на ул. Скарбковской, 11, а когда в 1914 г. умер, его жена перенесла цукерню на ул. Пекарскую, 1. В юности Леопольд Стафф даже подменял своего отца за прилавком, что вызывало среди гимназистов небольшой ажиотаж, потому что уже читали его стихи в журналах, а также первый поэтический сборник "Сны о мощи".

На ул. Ягайлонского, 5, открыл в 80-х г. цукерню Каэтан Крушинский вместе с Д. Кнаппом, в 1890 г. он отделился и уже сам вел свой локаль до 1910 г.

Только на одной ул. Городоцкой, кроме Дезидерия Шольца, имели цукерни Марьян Левандовский и Руперталь (№ 9), Эдвард Рога (№ 10), Марцелий Грамски (№ 17), Казимир Пьётровский (Городоцкая, 52, 60). Эта последняя цукерня была соединена с покоями для завтраков и славилась пирожными, лирниками (медовиками) на липовом меду, десертными сахарами, печеньем, подавали там также кофе, чай, шоколад и мороженое. А еще — горячие закуски, ликеры, коньяки, вина, пиво. "Должен сообщить, — обещал в рекламе владелец, — что организовал музыку, которой в целой Галиции не слышно было и не видано".


Львовские цукерни не выветрились и из детских воспоминаний известного писателя-фантаста Станислава Лема: «Я любил халву Пясецкого и Ведля (в маленьких коробочках), а впоследствии открыл вблизи Большого театра цукерню «"Югославия", где были самые вкусные во Львове сладкие деликатесы Востока: разнообразные рахат-лукумы, макагиги, экзотические нугаты, хлебный квас и много других вкусных вещей, ведь не зря я весил тогда на несколько килограммов больше, чем сейчас». С особой ностальгией Лем и другие авторы упоминают халву Жоржа Кавураса, которая продавалась в киоске возле "Венской" кофейни.


Источник: Винничук Ю. Кнайпы Львова. - Харьков: Фолио, 2015. - 530 с.
Перевод с украинского: Е. А. Концевич.
Monday, March 25th, 2019
11:23 am
Группа the Carpenters. Ставка на красоту и нежность
Некоторые звезды 1970-х годов строили свои карьеры исключительно на хитовых синглах, совершенно не заботясь при этом о создании альбомов, которые закрепили бы успех, достигнутый этими исполнителями через синглы. Например, группа the Carpenters, презиравшаяся подлинными рокфэнами, но любимая теми людьми, кто обожал все красивое (ну хотя бы того же Пола Маккартни), начала свой длинный перечень хит-синглов в 1970 году, выпустив песню "(They Long to Be) Close to You". Нежный саунд этой группы с заметным преобладанием клавишных был делом рук Ричарда Карпентера - именно он был аранжировщиком и продюссером большинства хитов этого дуэта брата и сестры, с завидным постоянством выпускавшихся всю первую половину десятилетия. Их песни, такие как "We have Only Just Begun",
"For All We Know", "Rainy Days and Mondays", "Superstar" и многие другие были распроданы огромными тиражами и принесли этому дуэту ряд премий "Гремми", что в общем было не так-то легко... Единственный же их альбом, о котором можно сказать, что он достиг равной с песнями-хитами известности, был по логике вещей подборкой их синглов, записанных с 1969 по 1973 годы.

Также последовала серия удачных гастролей по всему миру — особенно триумфальными оказался японский тур, где мелодичные композиции Carpenters и чарующий голос Карен моментально приобрели неслыханную популярность. Однако выматывающий ритм гастролей подорвал здоровье Карен — к 1975 году она начала проявлять признаки острого нервного заболевания. После долгого курса лечения болезнь, казалось, отступила, но ненадолго. В это же время их популярность на родине начала падать, зато заметно возрос интерес к ним в Великобритании. Качество продукции оставалось неизменно высоким, однако критики, увлеченные подъёмом "новой волны", считали The Carpenters "устаревшими".

В 1979 году Карен записала свой сольный альбом, который так и не был выпущен при её жизни, выйдя только в 1996 году. Зато в 1981-м она и Ричард выпустили альбом "Made In America". Он стал последним альбомом Carpenters — нервная болезнь Карен вновь обострилась, её организм перестал усваивать пищу. В 1983 году, в возрасте 32 лет она умерла от сердечного приступа.

Ричард продолжил выпускать компиляции их старых записей, записал два сольных альбом с приглашенными вокалистами, в частности с Дасти Спрингфилд.


Автор: Кен Такер, журналист, музыкальный критик, рецензент книг (США).

Источники: Rock of Ages. The Rolling Stone History of Rock and Roll. - Penguin Books, 1988.
Перевод с английского - наш собственный. :)

Материалы Википедии.

https://www.youtube.com/watch?v=tT86AoSGEL8

https://www.youtube.com/watch?v=__VQX2Xn7tI

https://www.youtube.com/watch?v=bdkox_rD8zA

https://www.youtube.com/watch?v=dPmbT5XC-q0

https://www.youtube.com/watch?v=SJmmaIGiGBg
Sunday, March 24th, 2019
4:16 pm
Пол Саймон и начало 1970-х годов
В 1972 году уже добившийся кое-какой известности Пол Саймон вдруг решил заняться сольной деятельностью, покинув своего прежнего сотоварища Арта Гарфанкела и, таким образом, распустив дуэт "Саймон и Гарфанкел", считавшийся наиболее популярным фолк-поповым дуэтом эпохи. Первой сольной пластинкой Саймона стал альбом, который так и назывался "Пол Саймон", и представлял из себя подборку хорошо известных, умышленно слабых поп-песен, которые очень резко контрастировали с напыщенной и торжественной песней "Bridge over Troubled Water". В целом альбом "Пол Саймон" не содержал каких-то "крутых" метафор - вместо них внимание автора было приковано к повседневным проблемам и реалиям, и в конце концов пара синглов с песнями из этого альбома вошла в хиты: песня "Mother and Child Reunion" (близкая по звучанию к музыке рэгги) и песня "Me and Julio Down by the Schoolyard", пропитанная ароматом жанра и направления "сальса".

Автор: Кен Такер, журналист, музыкальный критик, рецензент книг (США).
Источник: Rock of Ages. The Rolling Stone History of Rock and Roll. - Penguin Books, 1988.
Перевод с английского - наш собственный. :)


https://www.youtube.com/watch?v=is2qtuQ1gDI
https://www.youtube.com/watch?v=IS59-z3aE2c
https://www.youtube.com/watch?v=0ThoUzGYmD4
Sunday, March 17th, 2019
2:14 pm
Как русские в Полинезии поддержали де Голля и "Сражающуюся Францию"
После поражения французских войск в ходе боевых действий с немецким вермахтом летом 1940 года страна оказалась разделена пополам. На севере была немецкая оккупационная администрация, а на юге — "как бы" французское правительство маршала Петена со "столицей" в Виши. Тем временем, в Лондоне был образован комитет "Сражающаяся Франция" под руководством генерала де Голля, призвавший к продолжению сопротивления.

Перед местными властями во французских заморских владениях тоже, соответственно, встала дилемма: подчиняться правительству маршала Петена или все-таки генералу де Голлю и его организации "Сражающаяся Франция". Вопреки мифам о чуть ли не поголовном участии французов в движении Сопротивления и т. п., вплоть до 1943 года (!) на стороне Виши оставались, например, такие французские колонии, как Гваделупа, Мартиника и Французская Гвиана. И только специальные союзные операции вывели из-под власти Виши не только Мадагаскар, но и Джибути, Габон, Сирию, Ливан и т. п. И, тем не менее, были исключения.

Одними из первых принципиальный выбор сделали во Французской Полинезии. После речи де Голля по Би-Би-Си 18 июня 1940 года и Французскую Полинезию разворошило, как муравейник. 2 сентября того же года на островах был проведён референдум. Его результаты очевидны: 5564 голосами против всего-то восемнадцати островитяне высказались за то, чтобы перейти на сторону "Свободной Франции".

Но не тут-то было! Местные чиновники предпочли сторону Виши, посчитав, что это гарантирует пенсии и т. п.
Однако летом 1941 года во Французской Полинезии произошли неожиданные политические изменения. Дело в том, что руководитель французских владений в Тихом океане месье Брюно арестовал тех сотрудников местной французской администрации, кто после падения Франции присягнул на верность Виши.

Американский журнал "Тайм" напечатал занятный репортаж о политических переменах на Таити (занятный, потому что "закручен" материал был вокруг приключений англо-американской кинозвезды Джоан Фонтейн).
"Вернувшаяся в Голливуд из круиза по южным морям на борту парохода „Монтеррей“ стройная медовая блондинка Джоан Фонтейн рассказала, как, не осознавая того, она стала свидетельницей „революции“ на томном французском острове Таити.

По ее словам, когда по пути на Таити „Монтеррей“ сделал остановку на Самоа, на борт поднялись выглядящий, скорее, по-английски француз по имени генерал Ришар Эдмон Морис Эдуард Брюно, а также мадам Брюно и его помощник капитан Фрато. За время плавания на Таити Джоан Фонтейн нашла капитана Фрато ровно настолько галантным, насколько и ждёшь от офицера-француза. Но вот чета Брюно вела себя очень отстраненно. Генерал ничего не сказал о цели своего путешествия, а из числа пассажиров „Монтеррея“ мало кто знал даже о том, что он генерал.

Однако утром 6 июня, когда „Монтеррей“ зашёл в солнечную бухту Папаэете на Таити, генерал Брюно явил-таки себя на палубе в голубом мундире Франции.

Над пароходом пролетел устаревший французский самолёт, который помахал крыльями. А с борта корабля Джоан Фонтейн видела, как генерала Брюно встретили несколько рот местных солдат, облачённых в хаки. Оркестр сыграл французский гимн „Марсельезу“, и Джоан Фронтейн, вспоминая о том, какой была Франция раньше, не смогла сдержать слез.

По ходу дня стало известно, что генерал взял остров под свой контроль и, не пролив ни капли крови, добился перехода на свою сторону местной полиции. Она и арестовала клику из сорока местных симпатизантов Виши. Таким образом, генерал добился исполнения решений плебисцита, согласно которому островитяне решили, что они будут на стороне не Виши, а Шарля де Голля".

Но самое интересное, что среди тех, кто помог тогда генералу Брюно, были и выходцы из России - ставший старшим военным советником губернатора Брюно Максим Максимович Леонтьев и его отец, генерал дореволюционной русской армии Леонтьев Максим Николаевич.

Будущий основатель удивительной таитянской политической династии и тогда ещё будущий генерал-майор Русского генштаба Максим Николаевич Леонтьев родился в 1871 году.

Выпускник Пажеского корпуса, после окончания оного он служил в Лейб-гвардии 1-й артиллерийской бригаде. Но уже в двадцать семь лет (то есть в 1896 году) он окончил и Николаевскую академию Генерального штаба, после чего служил по Генеральному штабу в Кавказском военном округе: обер-офицером для особых поручений, помощником старшего адъютанта штаба.

Позже — Сибирь. Леонтьев — штаб-офицер для особых поручений при командующем Сибирским военным округом. В связи с военными действиями против Китая выехал в разведывательную экспедицию в Монголию, чтобы исследовать Саланский хребет. За успешное исполнение задания был награждён орденом Святой Анны 3-й степени и произведён в подполковники.

В 1901–1911 годах он служил в военных атташатах Российской империи в Константинополе, Румынии и Болгарии. В январе 1911 года последовало назначение в командиры 85-го полка. По словам внуков, на тот период и приходится крайнее возмущение дедушки нравами, царившими при российском императорском дворе. Будучи крайне удручённым рассказами об "экспериментах" царской семьи (в том числе с Распутиным), он вновь попросился за границу. В итоге, в апреле 1913 года Максим Леонтьев вернулся в Константинополь, а с началом Первой мировой войны возглавил 4-ю особую бригаду, отправленную во Францию, а позже переведенную на фронт под греческими Салониками.

С приходом к власти Временного правительства Леонтьев был назначен его военным представителем в Париже.
Во время Гражданской войны Леонтьев был, естественно, на стороне "белых". В 1920 году он был даже назначен военным агентом Русской армии генерала Врангеля в Праге. Но Врангель вскоре был разгромлен Красной Армией. Что же было делать Леонтьеву?

Кавалер французского Ордена Почетного Легиона после революции, кружным путём, через Индию и Чехословакию, вывез жену и детей во Францию. По рассказам потомков, в эмиграции во Франции генерал Леонтьев со своими товарищами — белыми генералами основал "Лигу возрождения России". — Но когда одного за другим этих генералов стали убивать советские агенты, французское правительство предупредило деда, что, похоже, он — следующий. И тогда в 1936 году он отправился куда глаза глядят: на Таити. Там он и скончался 9 июня 1948 года.

А вот во время Второй мировой весь клан Леонтьевых никаких сомнений не испытывал: все они выступили на стороне не Виши и Германии, а именно Сражающейся Франции.

Нужно сказать еще два слова о судьбах потомков генерала. Внук Александр избрался от Полинезии в парламент в Париж, где и пробил поправку к французской Конституции, по которой эта бывшая французская колония получила самоуправление. Именно Александр Леонтьефф и стал ее президентом.

Его брат Борис вошел в историю архипелага как отец-основатель новой партии "Новая звезда", которая выступала за расширение прав полинезийцев.

Еще двое потомков стали известными спортсменами: Игорь — культурист, ставший восьмикратным обладателем титула "Мистер Полинезия", и Пьер — чемпион по прыжкам в высоту.

Знамениты на все острова и внучки генерала. Татьяна — первая в Полинезии женщина-авиадиспетчер. А Элизабет занимается рекламой Таити во внешнем мире и хранит семейный архив.


Источник: Брилев С.Б. Забытые союзники во Второй Мировой войне. - Москва: ОЛМА Медиа Групп, 2013
Thursday, March 14th, 2019
7:41 pm
Так кто же был прототипом Тараса Бульбы?
Классическая повесть Н.В. Гоголя "Тарас Бульба" стала хрестоматийной и широко известной даже очень далеко от украинских степей. Интересно, что гоголевского литературного героя, казацкого полковника Тараса Бульбу
во многих случаях отождествляют с реально действующим историческим лицом и вспоминают наряду с Петром Конашевичем-Сагайдачным, Богданом Хмельницким, Иваном Сирко и Иваном Мазепой. Может быть,
и в самом деле кто-то из героев казацкой истории служил писателю-классику прототипом при написании этой повести?

Известно, что Николай Гоголь горячо стремился стать профессиональным историком.
Некоторое время он даже исполнял обязанности адьюнкт-профессора (докторанта) Санкт-петербургского университета и задумывал написать многотомную "Историю Украины". Мог ли он в тот период
своей жизни узнать об известном пращуре, полковнике эпохи
Хмельниччины Остапе Гоголе? Допустим, что да. Так могло ли это побудить его каким-то образом к созданию именно такого образа Тараса Бульбы?

Для начала попробуем исследовать биографию казацкого полковника
второй половины XVII века Остапа Гоголя. Родился Остап (в исторических
источниках встречается также и другое прочтение его имени - Остафий, Евстафий, Евстахий) в начале переломного для исторических судеб многих европейских народов XVII века. Возможно, местом
его рождение было небольшое подольское село под названием Гоголи, основанное православным шляхтичем с Волыни Никитой Гоголем. К сожалению, молодые годы Остапа остались вне поля зрения тогдашних
летописцев. Известно лишь, что накануне 1648 г. он был ротмистром "латных" казаков в польском войске, которое дислоцировалось в Умани под руководством С. Калиновского. Однако, как только начались
боевые действия между казацкой и польской армиями, ротмистр Гоголь вместе с подчиненным отделом тяжелой кавалерии переходит на сторону повстанцев.

Невзирая на отсутствие полноценной источниковой базы о первых годах формирования молодого казацкого государства, вполне очевидно, что полковник Остап Гоголь делал все возможное для создания
национальных административно-военных структур и институций на украинских землях, которые этнически граничили с Польшей. Ему пришлось проявить незаурядные организаторские способности для формирования отрядов из подольских крестьян и мещан в районе Поднестровья.

Блестящая в военном отношении победа гетмана Богдана Хмельницкого над поляками под Батогом (22 - 23 мая 1652 г.) вызвала массовое восстание украинцев на Подолии. В связи с этим
гетман приказал О . Гоголю освободить данный регион от польской шляхты, что тот успешно и выполнил - в конце августа здесь опять установились украинские властные структуры. К началу 1654 г.
О . Гоголю было поручено руководство Подольским (Поднестрянским, Могилевским) полком. В дальнейшем подольский полковник Войска Запорожского выполняет важнейшие поручения Б. Хмельницкого в западном регионе Украины.

После смерти Хмельницкого казацкая старшина начала раскалываться на разные, противоположные по политическим взглядам группировки. В октябре 1657 г. гетман Иван Выговский с генеральной
старшиной, в состав которой входил и полковник О. Гоголь, заключает так называемый Корсунский договор Украины с Швецией, где провозглашалось: "Войско Запорожское - народ свободный и никому не подчиненный". Однако на стабилизацию политического положения в Украине этот договор повлиять уже не мог. В июле 1659 г. полк Гоголя
отличился во время победы украинского войска над россиянами под Конотопом.

Польская шляхта никак не могла согласиться с тем, что в геополитическом пространстве Центрально-восточной Европи возникло независимое государство. Объединенное польсько-татарское восемнадцатитысячное войско
во главе с коронным гетманом Стефаном Потоцким в феврале 1660 г. окружило Могилев. На помощь подольскому полковнику Остапу Гоголю пришли части под руководством уманского полковника М. Ханенко и миргородского К. Андреева. Гоголь успешно руководил действиями могилевской обороны, а также, согласно словам
летописца, "на вылазках польских людей и татар побили багато". С польской стороны в штурме погибли около двух тысяч человек.

Постепенно пращур великого писателя стал склоняться к поддержке той части старшины, которая настаивала на ведении переговорного процесса с правительственными кругами Польши о создании автономной
украинской республики в пределах Речи Посполитой. Летом того же года его полк участвовал в Чудновском походе, результатом которого стало подписание между поляками и украинцами Слободищенского
трактата.

В начале 1664 г. на Правобережной Украине вспыхнуло восстание против польской власти и гетмана Павла Тетери, которым руководили Сулима, Семен Высочан и Иван Сирко. Большую поддержку оказывал
им левобережный гетман Иван Брюховецкий, который желал распространить свою власть на правобережные земли. О . Гоголь сначала поддерживает восставших. После того, как польские войска начали наступление на Брацлавщину, он вместе со своим полком переходит из Могилева до Брацлава и там укрепляется. Однако вскоре под натиском королевской армии полковник не выдерживает и переходит на сторону противника.

Одной из главных причин этого перехода было то обстоятельство, что коронный гетман С. Потоцкий не отпускал из Львова двух сыновей Гоголя, которые учились там в одном из образовательных заведений. "... И сынов
моих, если будет разрешение Вашей Гетманской Милости, то позволь им на короткое время приехать домой при паспорте Ясновельможного, Его милости,, Господина Гетмана И.К.М. Запорожского
(Тетери)", - писал О. Гоголь в канцелярию коронного гетмана. Последний сознательно медлил с выполнением этой просьбы, принимая во внимание политическую неопределенность подольского полковника,
а потому в сентябре 1664 г. Гоголь все-таки был вынужден признать протекцию польского монарха. Кстати, в своем письме к Потоцкому пращур писателя демонстрирует свой незаурядный интеллект, а именно
провозглашает слова, которые как можно лучше объясняют причины тогдашней
руины и становятся крылатыми: "Дошло до того, что каждый казак хотел быть полковником, а каждый сотник - гетманом". Вот как генетически формировался талант великого Николая Гоголя!

С начала гетманства Петра Дорошенко О. Гоголь переходит под его булаву, ведь они знали друг друга еще из времен Хмельниччины. Опытный Гоголь всячески помогал новоизбранному гетману.
Когда возникла угроза захвата польскими войсками Кальника, он отправился на Левобережье, чтобы лично предупредить П. Дорошенко. Вместе они возвращаются на Правобережную Украину и помогают окруженному в Кальнику полковнику Григорию Дорошенко, родному брату гетмана. Вскоре О. Гоголь вместе с Тарговицким полком С. Щербины и сечевиками И. Сирко воевал в окрестностях Очакова, где взяли в плен значительное количество татар. Именно поэтому Гоголь отсутствовал на Совете на реке Росава (близ Корсуня), на котором большинство казаков одобрили намерение П. Дорошенко признать верховенство турецкого султана. В это время Гоголь неоднократно назначается
наказным гетманом Войска Запорожского и руководит многими казацкими подразделениями во время многочисленных военных операций.

В конце 1671 г. коронный гетман Ян Собеский со значительными силами отправился на Правобережную Украину. После многодневной осады Могилева, резиденции О. Гоголя, поляки вошли в город. Источники сообщают, что во время обороны крепости погиб один из сыновей Гоголя : "...Сын Гоголей под Могилевом застрелен", -
сообщал очевидец тех событий. Сам полковник с отделом казаков сумел отойти и с большими трудностями переправиться на правый берег Днестра, в Молдавию, где и встал лагерем с разрешения господаря. Через несколько дней полковники О. Гоголь, К. Мигалевский и Кияшко отправляют послание к Я. Собескому, в котором дают согласие покориться гетману М. Ханенко, который признавал протекторат
польского короля. Однако вскоре мы опять видим Гоголя в отрядах П. Дорошенко.

После очередного похода польских войск на Правобережье Гоголь подчиняется королю Яну III Собескому. В награду за это в декабре в 1674 г. польский монарх предоставляет ему привилегию на владение
селом Вильховец, которое существует и доныне в Новоушицком районе Хмельницкой области. Эта королевская грамота интересна тем, что ее копия была использована в 1784 г. дедом писателя Николая Гоголя
полковым писарем Афанасием Демьяновичем Гоголем-Яновским для подтверждения своего благородного (дворянского) происхождения. Очевидно, именно дед Афанасий рассказал своему сыну Василию, отцу
будущего писателя, об их знаменитом пращуре. А уже
тот пересказал это маленькому Николаю, который таким образом с раннего детства знал о своем славном казацком корне, а учась в Нежинском лицее, начал собирать дополнительные материалы о долголетнем
полковнике Войска Запорожского Остапе Гоголе.

Ну а еще в в ноябре 1674 г. польский король выдал универсал на владение подольским селом Озаринцы сыну Гоголя - Прокопию. А в следующем году своим универсалом к правобережным казацким
полкам от 4 апреля удостоверяет, что "для лучшего между всеми вами
управления Гетманом Наказным уродзоного Гоголя назначаем... " Таким образом, в противовес своему бывшему покровителю П. Дорошенку (тот признавал верховенство турецкого султана Мехмеда IV ), полковник Гоголь стал гетманом Правобережной Украины от имени короля Яна III Собеского.

Согласно Журавненскому договору 1676 г. между Турцией и Речью Посполитой, к Польше отходили лишь земли до Белой Церкви и Паволочи. Остальная территория Правобережья Украины оставалась под протекторатом султана. А потому О. Гоголь, по решению совета польского сената, вместе с полками Кобелзкого, Корсунца и Шульги
(около двух тысяч казаков) передислоцировался в Дымерское староство на Полесье. Под управление казацкого гетмана были переданы Чорногородская, Коростышевская и Дымерская крепости. Также
из коронной казны казакам гетмана Гоголя было выдано шестьдесят тысяч злотых.

Дымерское староство находилось неподалеку от Киева. Именно этим объясняется активная политика О. Гоголя в деле приглашения к себе левобережных казаков. На Правобережье переходит переяславский полковник Думитрашко Райча, и этот факт взволновал русского царя Федора Алексеевича, который требовал от Самойловича
удерживать "малорусский народ от перехода к Гоголю". Кстати, гетман Самойлович даже отложил свою поездку в
Москву из-за угроз О. Гоголя захватить Киев. Однако в апреле 1678 г. О. Гоголь написал письмо к И. Самойловичу, где соглашался признать власть левобережного гетмана : "Сейчас самого себя твоей милости отдаю".

Остап Гоголь умер 5 января 1679 г. в Дымере. Соратник
Б. Хмельницкого, который двадцать семь лет являлся полковником Войска
Запорожского и последние пять лет своей жизни возглавлял казаков Правобережья, было похоронен в старинном Киево-Межигорском монастыре, что близ Киева.

Ознакомившись с краткой биографией соратника Б. Хмельницкого, можно заметить ряд аналогий между жизнью и деятельностью исторического Остапа Гоголя и литературного Тараса Бульбы.
И тот, и другой были полковниками Войска Запорожского. У них было по двое сыновей приблизительно одного возраста. Сыновья полковника О. Гоголя (одного из них, возможно, звали Остапом, второго - Прокопием)
учились в учебном заведении Львова. Так ведь и литературные Остап с Андрием получали образование, хотя и в Киеве. В повести Николая Гоголя старший сын Тараса погибает от рук поляков, а
младший переходит на сторону противника. Здесь прослеживается прямая аналогия с судьбой сыновей пращура писателя: один из них (тоже старший) погибает в 1671 г. от рук жолнеров во время обороны Могилева,
а другой вскоре, в 1674 году, переходит на сторону поляков, которые перед
тем убили его брата. Именно убегая от польской погони из Могилева
во время переправы через Днестр, старый подольский полковник Остап едва не погиб. Не напоминает ли это известный сюжет с побегом от "ляхов" Тараса Бульбы, хотя уже и с дополнением
описания неудачной переправы казацкого вожака через другую реку - Днепр?!

Таким образом, можно признать вполне верным тот факт, что прототипом известного литературного героя всемирно известной повести "Тарас Бульба" был никто иной , как дальний родственник Николая Гоголя
заслуженный казацкий старшина эпохи Б. Хмельницкого, И. Выговского
П. Дорошенко, гетман Правобережной Украины последней
четверти XVII века. Остап Гоголь.


Источник: Горобец Виктор, Чухлиб Тарас НЕЗНАЙОМА КЛІО. Таємниці, казуси і курйози української історії.
Козацька доба. - Київ, видавництво "Наукова думка", 2004. 311 с.

Перевод с украинского - наш собственный.
[ << Previous 20 ]
About LiveJournal.com