March 7th, 2017

Конг

Как во Львове споили Алексея Толстого

По рассказу некоего ныне забытого всеми литератора Степана Макивки, эта история выглядела так.

После освобождения от поляков в золотом сентябре 1939 года во Львов, кроме группы украинских ведущих писателей, приехали и несколько видных литераторов из России. Бажан, Корнейчук, Десняк налаживали социалистическую литературу, а российские писатели посещали различные рестораны, где на московские деньги можно было хорошо гульнуть. Однако Алексея Николаевича Толстого перепить никто не мог, потому что у львовских литераторов алкогольная закалка явно отставала. У Толстого денег было много; будучи сталинским фаворитом, он мог себе позволить пиры на широкую ногу.

Дошло до того, что этот бывший граф начал откровенно смеяться: "Что вы, галичане, за писатели — сами напиваетесь, а меня перепить не можете". И тогда несколько писателей, а среди них были Петр Козланюк, Александр Гаврилюк и Степан Макивка, решили сбить немного графскую спесь. Пригласили его в известный ресторан "Атлас".

Писатели прибегли к хитрости и решили споить Толстого медовухой, характерным свойством которой было то, что человек может выпить ее много и не чувствовать опьянения, пока не попытается встать из-за стола. Этот напиток можно было пить легко, и бутылки открывались без перерыва. Через некоторое время граф снова начал смеяться, что вот львовяне обещали его споить, а он лишь немного опьянел. Обещали ему, что он не дойдет собственными ногами до отеля "Жорж", а он вот сейчас встанет и уйдет.

— А мы свое слово сдержали, — возразили львовяне, — идите, если сможете идти.

Граф дернулся встать — но где там, бухнулся опять в кресло: ноги не держали.

Пришлось пана графа вести под руки, сажать в бричку и везти в "Жорж" в люлю. Говорят, что впоследствии граф закупил несколько ящиков этого напитка и отправил из Львова в свой загородный дом в России вагон вина из запасов "Атласа".

Источник: Винничук Ю. Кнайпы Львова. - Харьков: Фолио, 2015. - 530 с.
Перевод с украинского: Е. А. Концевич.
Конг

Москва-река в 1920-30-х годах

Течет Москва-река мимо Кремля по направлению от храма Христа Спасителя к Красной площади. Она и в двадцатые годы так же текла. Между Крымским и Большим Каменным мостами она раздваивается. Это стрелка. Здесь основное русло реки перегораживала плотина, а у Кремля река становилась мелкой-мелкой, так что на середине ее стояли, засучив штаны, рыболовы и удили рыбу. За стрелкой — водоотводный канал. Его называли Канавой. На левом его берегу располагался Болотный рынок. На нем торговали в основном овощами, фруктами и ягодами. Торговали оптом, возами, торговали и в розницу. На рынке подмосковные огородники сбывали свою продукцию. Цены на Болотном были ниже, чем на других рынках. Такова была его традиция. Здесь, на Болоте, можно было и закусить, например пирожками с разными начинками, полакомиться другими яствами, изготовленными по древним рецептам. На берегу находилась пристань. С приходом нэпа к пристани стали приставать маленькие пароходики. Ходили они, правда, не по расписанию, но путешествие на них не лишено было прелести, особенно если удавалось занять место на палубе, под парусиновым тентом. Когда пароходик выплывал из Канавы на простор Москвы-реки, его окружали лодки, байдарки, шлюпки, моторки и просто "водоплавающие" граждане в разноцветных тряпочных шапочках и без оных. Они лезли под самый пароход, одержимые страстным желанием покачаться на его волнах. Когда пароходик останавливался, пловцы забирались на него и прыгали в воду. Пройти пароходику сквозь массу людей и лодок было очень трудно, и капитан, срывая голос, умолял пловцов освободить путь его судну. Но капитана не слушали. Людям было не до него, они радовались воде, солнцу, выходному дню и не думали об опасности. А напрасно. В такие жаркие летние дни в Москве-реке тонули десятки человек.

Вдоль берегов располагались "водные станции" разных профсоюзов. На них целыми днями загорали отдыхающие. Кое-где можно было встретить катающихся на водных лыжах. Лыжи — две маленькие лодочки — надевались на ноги, и человек ходил в них по воде, как комар-плавунец, отталкиваясь от дна длинными палками.

А пароходик плыл дальше, мимо берегов Нескучного сада. Там, в Александровском дворце (Большая Калужская улица), где теперь располагается Президиум Академии наук России, с 1920 года до февраля 1927 года находился Музей мебели. В его пятнадцатом зале стояла мебель боденского мастера Гамбса, того самого, чьи двенадцать стульев украшали некогда гостиную старгородского дома Ипполита Матвеевича Воробьянинова из романа И. Ильфа и Е. Петрова "Двенадцать стульев".

Проплыв мимо Воробьевых гор, пароходик сворачивал в Дорогомилово. Здесь весной 1925 года расположился цыганский табор. Цыганки с большими серьгами в ушах и в монистах (ожерельях) подметали мостовые широкими пестрыми юбками, бегали голые чумазые ребятишки; по выходным, дав представление, обходил публику с картузом в лапах медведь, собирая деньги. По ночам горели костры, слышно было ржание лошадей да заунывное пение. Цыган, кстати, тогда в Москве было немало. Жили они и в Петровском парке. Там даже бывшая "Монастырская земля" стала именоваться "Цыганским уголком". Ну а когда-то сборным местом цыган в Москве был Нескучный сад. Но то время давно прошло.

В 1932 году цыган из Дорогомилова прогнали. Устроили там лодочную станцию, которую облюбовала местная шпана, пестрая по своему возрастному и национальному составу.

Москва-река после облицовки ее берегов гранитом похорошела и стала гордой и недоступной. А главное, она стала чище. До этого река, как вспоминают старожилы, была грязнущая. Купавшийся в ней мог измазаться мазутом, столкнуться с какими-нибудь отбросами, ведь канализацию прямо в нее спускали. Фабрика имени Дзержинского в Дорогомилове сбрасывала в воду красители, от чего река становилась то синей, то красной, то зеленой, то фиолетовой. В 1936 году реку стали чистить, углублять ее дно. Заработали на ее берегах землечерпалки. Дошло до того, что в предвоенные годы Москва-река стала "давать" лед. Его вырубали, потом распиливали простыми пилами на куски, а подъезжавшая вереница грузовиков завода "АМО" развозила эти куски по магазинам. Электрохолодильников тогда в городе почти не было.

В двадцатые годы, когда у Москвы-реки не было высоких каменных берегов, от нее можно было ждать сюрприза. В апреле 1926 года река разлилась и затопила округу. Люди бросили свои дома. В клубах стало тесно, как на вокзалах: их заполнили пострадавшие. С крыш и из окон незатопленных домов любопытные глазели на дома, погруженные в воду, а между домами двигались плоты и лодки — они подбирали тех, кто не смог вовремя покинуть свое жилище. Опасаясь затопления, жители ближайших переулков смолили и конопатили доски, которыми забивали первые этажи своих домов. У дверей магазинов сооружались ограждения, а покупатели ставили ящики и с их помощью через эти ограждения перелезали. Подъезды к мостам были затоплены с обеих сторон. Ломовые извозчики на этом наживались, взимая с трудящихся пятикопеечную плату за переезд на другой берег. Пользовались наводнением и те, кто подбирал куски льда, принесенные рекой, и тащил их домой, ведь скоро, когда потеплеет, этот лед будет стоить денег. Мальчишки-беспризорники тоже не терялись. Они доставали где-то дырявые корзинки и ловили ими рыбу. Некоторым везло: в корзинки попадалась плотва.

Через несколько дней вода спала, люди вернулись в свои разоренные дома, а городские власти стали подсчитывать убытки. На этот раз в Москве, в результате наводнения, остались без жилья 1330 человек Пришлось им начинать новую жизнь...

Летом, когда жаркий пыльный день сменяли томительные сумерки и от Москвы-реки тянуло долгожданной прохладой, многие жители бараков в том же Дорогомилове оставались на улице. Старые — играли в лото, малые — в лапту. До поздней ночи не кончались разговоры, заливалась гармошка, звучали песни.

Бывало, в час ночи шли на реку купаться всей компанией, как в деревне, а потом оставались спать на улице, спасаясь от клопов, которые в эти жаркие дни становились особенно злыми.

Источник: Г. В. Андреевский Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху. 1920-30 годы. М.: "Молодая гвардия", 2008 г.
Конг

Пигмеи - маленькие люди из больших лесов. Часть 1

Пигмеи ( в переводе с греч. "люди величиной с кулак") — группа низкорослых негроидных народов, обитающих в экваториальных лесах Африки. Другое название африканских пигмеев — негрилли.

Обычный рост от 124 до 150 см для взрослых мужчин, кожа светло-коричневая, волосы курчавые, темные, губы сравнительно тонкие, этот физический тип можно классифицировать как особую расовую группу.

Для выявления мутаций, объясняющих миниатюрность пигмеев, учёные сопоставили геномы пигмеев из племени батва и их соседей-земледельцев бакига, также для пигмеев бака и их соседей-земледельцев нзебе и нзими. Выяснилось, что однонуклеотидные полиморфизмы, отвечающие за низкий рост, у пигмеев батва и бака отличаются, а значит карликовость у африканских племён является результатом конвергентной эволюции.
У живущих восточнее бака народов эфе и суа, изначально рождаются маленькие дети — ограничитель роста включается во время внутриутробного развития. У бака дети рождаются нормальными, но в первые два года жизни дети бака растут заметно медленнее европейцев.

Когда-то пигмеи заселяли значительно более обширные области, чем ныне: они жили в центре континента в саваннах к северу и югу от тропического леса. Позднее бантуязычные народы оттеснили к самой границе гилеи, а затем и в глубь лесов.

Пигмеи не имеют ни общего самоназвания, ни общего самосознания. Отдельные их группы живут очень разбросанно и почти никак не связаны между собой. Пигмеи обычно говорят на языках окружающих их народов. Общую численность пигмеев установить очень трудно, что объясняется как недостатками демографической статистики, так и трудноступностью мест обитания пигмеев. Предполагается, что общая численность пигмеев может достигать 250 - 280 тысяч человек.

Самая значительная группа пигмеев живет в Демократической Республике Конго (бывшем Заире). Соседи называют их батва. Пигмеи батва живут вокруг озер Тумба и Маи Ндамбо, на берегах реки Санкуру, на западных берегах озер Киву и Танганьика. Пигмеи, чьи становища расположены по реке Итури, на северо-востоке Демократической Республики Конго, носят общее название бамбути с подгруппами эфе, канго и акка. Общее название пигмеев Камеруна, Габона и бывшей Народной Республики Конго (ныне просто Конго) - бабинга. Отдельные группы пигмеев в Габоне называют кви, бонго, коа. Пигмеев Руанды, Бурунди и Уганды называют, как и в бывшем Заире , батва.

Название, под которым они известны за пределами Африки, происходит от греческого слова "пигме" - локоть. Такь Гомер называл в "Илиаде" полуфантастических карликов, борющихся с журавлями. Предки современных пигмеев упоминаются уже в древнеегипетских надписях III тыс. до н. э. Согласно надгробной надписи египетского вельможи номарха Та-сети (Элефантинского нома) и "начальника Юга" Хуфхора, он привез из экспедиции в Экваториальную Африку своему владыке, фараону VI династии Древнего царства Пиопи II (2279—2219 гг. до н. э.), вступившему на престол ребенком, "черного карлика", получив от него за это высокую награду. В этой же надписи говорится, что это был не первый "черный карлик", доставленный в Египет с юга, и упоминается другой, доставленный неким Баурджедом для Исети, вероятно, фараона V династии Древнего царства Джедкара Исеси (XIV век до н. э.). Позднее упоминания о пигмеях встречались в трудах Аристотеля, Геродота и Страбона. Однако лишь в XIX веке европейцы встретились в глубине Африки с охотниками небольшого роста, очень отличавшимися от окружающих народов. Европейцы посчитали их прямыми потомками известных в античности карликов и дали им гомеровское название.

Основными занятиями пигмеев остаются охота и собирательство. Виды охот очень разнообразны. Только в загонной охоте на крупных животных могут принимать участие женщины. Помимо загонной, пигмеи устраивают охоту "вдогон" с собаками, используют при охоте сети и особенно широко - ловушки и западни. Основное оружие - лук со стрелами и небольшие копья (но пигмеи Камеруна лук не знают). В лесах бывшего Заира батва делают столько ловушек и западней, что их соседи банту опасаются ходить в лес без проводника-пигмея. Все группы пигмеев также используют разнообразные ягоды.

Еще один важный источник питания (более 70 % всего рациона) - продукты собирательства. Девушки или женщины пигмеев постоянно носят с собой специальный мешок из тростника и листьев, куда попадает все встречающееся на пути - грибы, гусеницы, сотовый мед, съедобные корни, травы, листья, орехи. Среди некоторых групп пигмеев появляются и начатки рыбной ловли. В качестве удочек применяются гибкие тонкие прутья с насаженными на них крючками.

Пигмеи в основном ведут полукочевой образ жизни. По мере сбора всех растений и уменьшения дичи на привычной территории они покидают прежние становища и переходят на новые.

Основа хозяйственной и общественной жизни пигмеев - группа из 6-7 малых семей, живущих и кочующих совместно. Группа может распадаться и создаваться вновь уже с другими членами в зависимости от обеспеченности территории продуктами собирательства и охоты. Охотничья добыча делится между всеми членами группы. Больных и слабых обеспечивают всем необходимым.

(Продолжение следует. )

Источники: 1) Львова Э.С. Этнография Африки: учебное пособие. - М.: изд-во Моск. ун-та, 1984, 248 с.

2) Материалы "Википедии".