April 13th, 2017

Конг

Цирк Роллинг Стоунз и концерт, превзошедший Вудсток. Часть 1

Двойная честь проведения самого крупного и самого значимого концерта в Великобритании в 1969 году стала принадлежать Роллинг Стоунз после их бесплатного выступления в лондонском Гайдпарке 5 июля 1969 года. Количество собравшихся на это мероприятие зрителей колебалось: самое малое количество было 300 000 человек, самое большое - 650 000. Вообще если сравнивать общую численность Великобритании и США, то получится, что это событие по своим масштабам минимум в 10 раз превосходило фестиваль в Вудстоке. Ну а состоялось оно в немалой степени потому, что Мику Джаггеру хронически не везло с телешоу.

В декабре 1968 года участники Роллинг Стоунз раздумывали над тем, каким образом лучше разрекламировать альбом "Beggars Banquet", и при том, что их возможность гастролировать была в то время весьма ограниченной из-за химического, физиологического и юридического положения Брайана Джонса, то они решили провести специальную телепрограмму. Все было подготовлено очень быстро, и утром 10 декабря приглашенная публика начала собираться в похожей на пещеру студии "North London", чтобы принять участие в программе "Цирк Роллинг Стоунз". Холст полукруглого циркового тента заполнил один конец студии; там же были площадка для артистов и опилки на полу, а выше висели вентиляционные аппараты.

Публика, одетая специально для съемок в особые пончо, была подобно тенту непосредственной частью представления. После довольно продолжительной настройки аппаратуры Джаггер представил зрителям участников программы. Все это действительно напоминало цирк: здесь были глотатели огня, акробаты, клоуны, музыканты, лошади. Вообще вся обстановка должна была стать специально для будущего фильма неким подобием ночного кошмара, но те, кто присутствовал там, позднее описывали шоу как волшебный хаос.

В 20.00 был объявлен перерыв на обед и для подготовки к выступлению супергруппы, включавшей в себя Леннона, Клептона, Кейта Ричардса на басс-гитаре и ударника из группы Джимми Хендрикса Митча Митчелла. Отыграв несколько старых добрых песен, музыканты пустились лабать песню "Yer Blues" из "Белого альбома". Затем на сцене появились Йоко и вполне классический скрипач Айри Гитлис, которые присоединились к группе во время исполнения еще нескольких песен Йоко. Затем был объявлен еще один перерыв, а после него несколько песен спели ребята из the Who. И снова перерыв... Затем Глитис сыграл "Первый концерт для скрипки" Паганини - причем дважды. Затем еще один перерыв - и наконец, спустя 17 часов после появления первых зрителей, на сцене появились Роллинг Стоунз. И лишь еще через 5 часов, уже в 6 часов утра, на сцене появился директор Майкл Линдсей-Хогг и объявил об окончании программы...

Вполне вероятно, что это шоу показалось одинаково длинным и музыкантам, и зрителям, но сам Джаггер был неудовлетворен выступлением Роллинг Стоунз и в дальнейшем старался как можно меньше вспоминать о нем.
Да и фильм о самом шоу вышел только спустя почти 30 лет после события, в 1996 году. Сами Роллинг Стоунз говорили, что релиз задержан из-за их не соответствующего стандартам выступления, так как они выступали рано утром и были сильно усталыми. Другие источники утверждают, что настоящей причиной является слишком хорошее выступление группы The Who, только что вернувшейся из турне. Роллинг Стоунз не давали концертов на протяжении некоторого времени и выглядели на сцене, по сравнению с The Who, гораздо хуже.

(Продолжение следует.)

Автор: Джефри Стоукс, музыкальный журналист и критик (США).
Источник: Rock of Ages. The Rolling Stone History of Rock and Roll. - Penguin Books, 1988.
Перевод с английского - наш собственный. :)

https://www.youtube.com/watch?v=idK9W88_-QU

https://www.youtube.com/watch?v=Z-YCqUMQ29U
Конг

Турция в XIX - ХХ веках. Часть 41

ТЮРКИЗМ СТАНОВИТСЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИДЕОЛОГИЕЙ

Формирование государственной идеологии с приходом к власти кемалистов началось с крутого поворота к светскости, к отрицанию исламизма как идеологической составляющей для новой власти. Ликвидация халифата лишила исламистов надежды на предпочтение их идеологии как государственной. Жёсткая политика властей в отношении исламистов привела к формированию системы разрешённого, официального, "государственного" ислама, действия которого "вне мечети" строго лимитировались. Народный же ислам со своими шейхами, орденами и пр., сохраняясь на бытовом уровне, ушёл в подполье, а если и заявлял о себе открыто через вооружённые выступления под религиозными лозунгами, то беспощадно подавлялся властями.

Последним крупным вооружённым выступлением исламистов стал мятеж в Менемене (близ Измира) в декабре 1930 г. Его возглавил прибывший сюда проповедник дервиш Мехмед, призвавший верующих "спасти священную веру ислама и восстановить шариат". При его личном участии была организована кровавая расправа над учителем начальной школы Кубилаем, призванным на военные сборы в Менемен в качестве офицера запаса. Пришельцы развернули зелёное исламское знамя, взятое из соседней мечети, и водрузили на городской площади. Дервиш провозгласил себя мехди (мессией) и призвал свергнуть безбожную власть.

Толпа из нескольких сотен местных жителей поддержала бунтовщиков. Два офицера напрасно упрашивали людей разойтись, затем туда был направлен взвод под командованием Кубилая. Кубилай выстрелил, используя холостой патрон. Оставшись невредимым, дервиш заявил, что он неуязвиям для пуль, и выстрелил сам, смертельно ранив Кубилая. Затем тело Кубилая было перенесено во двор мечети, где дервиш отрезал ему голову и насадил на шест под возгласы одобрения своих сторонников. Два сторожа, стрелявшие по толпе, были убиты. Прибывший вскоре полк разогнал бунтовщиков, дервиша и пять его спутников застрелили.

Хотя бунт был быстро подавлен, Мустафа Кемаль был возмущён этим событием. Особенно он был шокирован сообщениями, что население Менемена приветствовало убийц молодого лейтенанта. Правительство ввело смертную казнь на обширной территории западной Анатолии и направило на место события военный трибунал. Возвратившись из Эдирне, Кемаль собрал во дворце Долмабахче совещание, затем отправился в Анкару и там собрал правительство. Он был в бешенстве, будучи убеждён, что корни восстания были частью широкого заговора, возможно связанного с роспуском ЛРП (Либерально-демократическая партия). Он потребовал, чтобы Менемен был провозглашён "проклятым городом" и сровнен с землей, а его жители переселены, чтобы никакой пощады не было в отношении религиозных фанатиков, даже женщин. Кемаль потребовал раздавить орден накшбенди, к которому Мехмет принадлежал. По приговору суда было казнено 28 зачинщиков бунта. Долгие годы армия, полиция, органы безопасности Турции внимательно, тайно и явно, следили за исламистами, пытаясь выяснить - есть ли в их программах, учениях, тайных уставах положения о ликвидации светской власти, установлении шариатского режима в Турции.

Турецкий национализм, тюркизм заявивший о себе ещё при младотурках, после начала кемалистской секуляризации постепенно стал второй религией Турции. Восприятие этой религии не препятствовало европеизации - наоборот, цивилизованная Европа 1920-1940-х годов, во всяком случае её значительная часть, сама являла такие образцы крайнего национализма, о которых ныне цивилизованные европейцы вспоминают неохотно, а если и вспоминают, как о чём-то давнем, из другой эпохи. Турецкий национализм уже как господствующая идеология окончательно утвердился именно в форме кемалистского национализма, ставшего идеологической детерминантой выживания турок как народа и как государства. Турки окончательно осознали себя нацией. Конкретные условия определили феномен тюркизма, его жёсткость и непримиримость прежде всего в отношении греческого и армянского населения бывшей империи, которое считало себя коренным, а турок - давними пришельцами-завоевателями.

Конец 1920-х - 1930-е годы стали годами расцвета турецкого национализма, причем кемалистское руководство следило, чтобы даже крайние националисты понятие национализма согласовывали с Национальным Обетом.

Историк Поултон считает, что новые руководители во главе с Мустафой Кемалем решительно отвернулись от всяких вариантов Турана и стали разбираться, кто же представляет турецкую нацию; после некоторого размышления Кемаль окончательно определил турецкую нацию как мусульманское население Анатолии, причём акцент был сделан "на этнических турках и на их языке - за счёт других групп, таких как курды".

Объявив себя светским государством, ориентируясь на европейский уровень духовного развития тех времен, разумеется, и внеся отмеченные Поултоном коррективы, республиканская Турция создала собственную систему национального просвещения, культуры, языка, идеологии через культурные очаги, через правящую партию, народные дома и т. д.

Одним из наиболее решительных шагов кемалистов на пути реформации, европеизации культуры была реформа турецкого языка. Дело не ограничивалось постепенной заменой арабской и персидской лексики, грамматических оборотов на турецкие. В течение 1928 г. при личном участии Кемаля Ататюрка была проведена кампания, направленная на замену арабского алфавита латинским. В ноябре ВНСТ был принят соответствующий закон, а с декабря 1928 г. стали появляться вывески с новым, уже на латинице, написанием турецких слов, выходить газеты на новом алфавите.

Власть ревностно следила за приверженностью общества к государственной идеологии - кемализму. Не преувеличивая, можно сказать, что национальное самосознание подняло на ноги "больного человека Европы". Вместе с тем и при Ататюрке тюркизм столкнулся с острой проблемой национальных меньшинств.


Источник: Киреев Н. Г. - История Турции. XX век - М.: Крафт, ИВ РАН, 200