June 29th, 2017

Конг

Африка и проблема домашнего слона

Несмотря на изобилие животного мира, одомашненные животные появляются на Черном континенте намного позже, чем на Ближнем Востоке и даже в некоторых областях Европы. Достоверно известно, что африканцами было одомашнено только два крупных диких животных – африканский осел и кошка (оба в Северной Африке). Оба они стали важны для человека уже после того, как он перешел от охоты к земледелию. Осел перевозил грузы и помогал вспахивать землю, кошка спасала амбары и домовые запасы пищи от грызунов. Одомашнивание гигантской крысы в Западной Африке произошло относительно недавно и в основном на мясо. С некоторой долей вероятности полагают, что в Западной Африке также смогли одомашнить местный вид дикого тура, предка современных африканских длиннорогих коров, что явилось вехой зарождения скотоводства. Это предположение укрепилось после того, как генетики установили – в отличие от домашних кошек, все 60 пород которых ведут происхождение от единого вида ливийской дикой кошки, современные домашние коровы по всему миру происходят от нескольких видов диких копытных, одомашненных в различных районах Земли.

Из всего многообразия африканских птиц были одомашнены только нильский гусь и цесарка – красочная нелетающая птица африканских саванн. Последнее произошло еще в глубокой древности в Гвинее, откуда эта единственная домашняя птица Тропической Африки распространилась практически по всему континенту.

Что же касается других крупных млекопитающих и птиц Африки, то за тысячелетия сосуществования с людьми они так и не были одомашнены, хотя попытки такого рода предпринимались и в историческое, и, скорее всего, даже в доисторическое время. На древнеегипетских изображениях мы можем видеть приручённых гепардов, антилоп, жирафов и даже хорьков, однако здесь важно не забывать про различие между приручением дикого животного и одомашниванием целого вида. Ни одно из перечисленных животных домашним, как мы знаем, так и не стало. Те же египтяне пытались разводить ориксов, антилоп и гиен, однако безрезультатно.

Этот удивительный феномен долго объясняли отставанием африканцев в развитии или же тем, что, обладая изобилием диких животных для охоты, а также диких плодов для сбора, африканцы мало задумывались о том, чтобы искусственно разводить и одомашнивать живность и растительные культуры. Сегодня эта упрощённая точка зрения уже не считается научной. Более разумное мнение предложил известный американский биолог Дж. Даймонд. Он показал, что каждый из видов крупных диких животных Африки обладает особенностями, препятствующими одомашниванию. Например, слон, весьма подходящий для человека хотя бы как огромная тягловая сила, очень медленно растёт: приходится не менее 15 лет ждать, пока особь достигнет "трудоспособного" возраста. Значительно экономнее во все времена было отловить и приручить дикого слона, как делал Ганнибал и как делается сегодня во многих районах Индии, где прирученные слоны успешно используются в хозяйстве.

Другим животным жить с людьми помешал их врождённый вредный характер. Буйвол, на первый взгляд отличная замена корове, обладает поистине непредсказуемым поведением и весьма опасен для человека. Зебра, которую безуспешно пытались одомашнить в течение двух предыдущих столетий, тоже зверь не самого спокойного нрава. Дж. Даймонд пишет, что ее склонность неожиданно кусать людей и очаровательная привычка не разжимать челюсти после укуса становятся причиной большего количества травм в американских зоопарках. Отдельные случаи приручения зебр хорошо известны: миллионер Вальтер Ротшильд ещё в конце XIX в. ездил по Лондону в карете, запряжённой четверкой зебр, а южноафриканские буры запрягали их в плуги для вспашки девственных земель вельда. Однако вырастить зебр в неволе, смирив их гордый нрав, оказалось невозможным. И еще никому не удалось оседлать зебру так, как когда-то в южнорусских степях оседлали дикую лошадь.

В украинском заповеднике "Аскания-Нова" более ста лет назад был начат проект по одомашниванию крупной африканской антилопы канны, чье мясо и молоко по своему вкусу и питательным свойствам сравнимы с коровьими. Этот эксперимент был продолжен и в Советском Союзе, и на независимой Украине, пережил две мировые войны и продолжается по сей день. Более 400 канн за это время было выращено в неволе, их доят и пасут практически так же, как обычных коров. Об одомашнивании вида говорить пока рано, но, пожалуй, на сегодня это единственный случай, когда один из десятков видов африканских антилоп удалось успешно использовать в экономических целях. В целом антилопы как домашние животные проявляют себя неважно: они легко поддаются панике в закрытом пространстве и могут разбить себе голову об изгородь или даже сетку, не любят держаться в стаде и разбегаются при любом удобном случае, причем с огромной скоростью.

Попытки приручения диких африканских кошачьих тоже заканчивались весьма плачевно, хотя некоторые правители прошлого держали при своём дворе целые питомники гепардов. Древние египтяне даже весьма успешно использовали гепардов на охоте подобно нынешним гончим собакам, однако в неволе их оказалось практически невозможно разводить, и даже для современных зоопарков рождение гепарда – большой праздник.

Несговорчивость диких зверей, впрочем, вряд ли является единственной причиной долгого отсутствия в Тропической Африке своих домашних животных. Некоторых из обитателей африканских саванн всё же удалось одомашнить в современных условиях. Помимо уже упомянутых антилоп канн, показательна история страуса, которого с середины XX в. успешно разводят на фермах по всему миру, от Южной Африки до Швеции. Страус отлично размножается в неволе, неприхотлив в питании, на нем можно ездить верхом и даже впрягать его в коляску. Если уж африканская птица прекрасно чувствует себя и активно откладывает яйца на ферме в Московской области, не очень понятно, почему одомашнить страуса не пришло в голову самим африканцам в родных для него природных условиях. Видимо, повинно несколько причин, как природного, так и цивилизационного характера, и возлагать всю вину на несговорчивый характер и вредные привычки африканских зверей было бы нечестно.

Среди домашних животных, выведенных в Африке ещё до прихода белого человека, выделяется басенджи (или "лесная собака из Конго") – порода собак, вероятно, появившаяся в центральноафриканских лесах не позже пяти тысячелетий назад. Это единственная в мире разновидность собаки, не умеющая лаять. Вместо лая басенджи издают характерные звуки, схожие с урчанием, да и то только в минуты сильного возбуждения. Пигмеи экваториальных джунглей традиционно использовали басенджи на охоте, и их бессловесность добавляла охотникам скрытности при приближении к добыче. Ценили басенджи, судя по некоторым изображениям, и в Древнем Египте, а вот в Европе эта порода впервые появилась только в XX в., да и сегодня она остаётся малоизвестной. Дикий предок басенджи, по всей вероятности, уже вымер, но его родственником является дикая гиеновидная собака, которую чаще всего можно увидеть в саваннах юга Африки. Это единственная дикая собака на африканском континенте.

Источник: Архангельская А., Бабаев К. Что такое Африка. - М.: Рипол классик, 2015, 480 с.
Конг

Профессиональный автоматизм

В свое время в одной из кофеен в центре города Львова официант подошел к столику и спрашивает, кто что желает? Происходит такой короткий диалог:

— Чем могу служить?
— Вода с соком!
— С каким соком?
— Лимонным!

— Маленький черный!

— Вода с соком!
— С каким соком?
— Малиновым!

— Вода, но чистая, без сока!
— Без какого сока??? — механически спросил официант.

Источник: Винничук Ю. Кнайпы Львова. - Харьков: Фолио, 2015. - 530 с.
Перевод с украинского: Е. А. Концевич.
Конг

Краткая история африканского искусства и архитектуры. Часть 3

Нубия - еще одно древнее африканское царство, возникшее в долине Нила примерно в то же самое время, что и Древний Египет. Она располагалась между современными Дарфуром и Хартумом и проживало в ней в основном темнокожее население. К числу произведений древнего искусства Нубии относились образцы декоративной керамики, глиняные фигурки людей и животных, ювелирные изделия, украшения из бисера. Некоторые нубийские цари были погребены под массивными круглыми могильными холмами, а рядом с их останками, как и в Древнем Египте помещали многочисленные предметы, которые должны были пригодиться усопшему в потустороннем мире.

Хотя искусство и архитектура Нубии развивались под влиянием Египта уже в третьем тысячелетии до н.э., когда между двумя нациями развернулась активная торговля, но это влияние интенсифицировалось между 1550 и 1100 гг. до н.э., когда египетские фараоны покорили Нубию и вынудили ее платить ежегодную дань. Однако нубийцы около 1100 года до н.э. воспользовались войной между ливийцами и Египтом и не только вернули себе политическую независимость, но затем, в восьмом веке до н.э., сами вторглись в Египет и навязали египтянам свое правление. Но после своего разгрома ассирийцами и последовавшего изгнания из Египта (около 673 г. до н.э.) нубийская династия вернулась к себе на родину и основала новую столицу в Напате, а затем еще дальше к югу, в Мероэ, где продолжало процветать египетское культурное и художественное влияние.

Проникновение и распространение христианства в Северной Африке, Египте, Нубии/Мероэ и Аксуме/Эфиопии между I и VI веками н.э. способствовали развитию новых художественных и архитектурных форм. Например, в Нумидии, Триполитании, Киренаике, Джемиле, Лептис Магне и других регионах и городах были возведены базилики. Картины, фрески, мозаики и скульптуры на библейскую тематику украшали многие из этих базилик.

Согласно греческому справочнику для мореплавателей "Перипл Эритрейского моря", опубликованному в начале нашей эры, столица и главный порт Аксума Адулис являлся наиболее важным рынком изделий из слоновой кости во всей северо-восточной Африке. Он также был заметен благодаря продаже высококачественных ремесленных изделий, оружия, ладана и других благовоний, а также пряностей. Успешно развивавшаяся экономика способствовала строительству дворцов, храмов, гробниц и публичных монументов.

В IV веке аксумский царь Эзана обратился в христианство и сделал его государственной религией.

Но к VIII веку Адулис в качестве торгового центра впал в упадок, что привело к необходимости создания новой столицы для страны, которая сейчас является Эфиопией. Приход к власти династии Загве в XII веке стал началом эры экономического развития, достигшей пика в XIII веке, когда царь Лалибела организовал массовое строительство вырубленных в скалах церквей, некоторые из которых были украшены фресками в византийском стиле, но в то же время отражавшими эфиопскую идентичность.

Примерно в то же самое время, около 632 года, на Аравийском полуострове возникла новая религия под названием ислам, которая через Египет и Северную Африку распространилась на Африканский континент и заменила христинаские базилики мечетями и другими формами мусульманской архитектуры.

Древние традиции скульптуры в регионе вскоре были заменены (хотя и не полностью)особым упором, сделанным приверженцами ислама на декоративные искусства.

Хотя мусульманам и не удалось подчинить своему влиянию всю Эфиопию и Южную Нубию, но они распространились вдоль береговой линии побережья Восточной Африки, которое с тех самых пор и в течение нескольких веков стало активно участвовать в торговле между портами Красного моря и Индийского океана, экспортируя рабов, черное дерево, слоновую кость, рога носорогов, золото и шкуры леопардов из внутренних районов Африки в страны Персидского залива и Юго-Восточной Азии, а оттуда импортируя изделия из стекла и фарфора, духи, оружие, ткани и сельскохозяйственные растения. В результате еще до исламской эры вдоль побережья возник ряд крупных городов, от Могадишо (Сомали) до Софалы (Мозамбик), а с X по XV века вдоль побережья и на соседних островах возникли еще более крупные города, отличающиеся своими обширными каменными зданиями, дворцами и мечетями, которые, при том что на них явно повлияли арабские модели, также несут на себе заметный африканский отпечаток, особенно в том, что касается формы и деталей отделки.

Все это подводит нас к вопросу эволюции культурного развития в Африке южнее Сахары. Существуют множество доказательств того, что обитатели региона взаимодействовали со своими североафриканскими соседями уже в доисторические времена. Например, керамика и каменные орудия, найденные в ходе раскопок в Иво Эверу в юго-восточной Нигерии и датированные около шести тысяч лет до н. э., имеют сильное сходство с материалами из Сахары того же периода. Более того, наскальные рисунки Мавритании, Мали, Нигера, Северной Нигерии и Чада, а также глиняные фигурки людей, найденные в слоях второго тысячелетия до н.э. в местечке Каркаричинка в долине Тилемси в северной части Мали, сейчас считаются доказательством проникновения на юг древних обитателей Сахары.

(Продолжение следует.)

Автор - Бабатунде Лаваль.

Источник: Encyclopedia of African history. - Fitzroy Dearborn Taylor & Francis Group New York, NY, 2005, 1864pp.

Перевод с английского - наш собственный. :)