September 1st, 2017

Конг

Дню знаний посвящается :)

На урок зоологии учительница принесла ужа.

- Дети, что это за животное?

Маша подняла руку:

- Может быть, ежик?


- Нет, неправильно.

Саша поднял руку:

- Тогда, наверное, хомячок?

- Тоже неверно.

Вовочка поднял руку:

- А можно до него дотронуться?

-Ну, дотронься.

Вовочка подходит к столу, гладит ужа и задумчиво говорит:

- Эх, вот что школа сделала из Змея Горыныча!

* * *

Ну а если чуть серьезнее, то всем обучающим - мои наилучшие пожелания в их нелегком, но все-таки благородном труде! А обучающимся и познающимся - желаю неиссякающего интереса к миру и упорства в познании! Ребята, помните: знать - это интересно. :) И хотя сам процесс познания не всегда бывает прост и довольно часто связан с скрипом зубовным, драмами душевными и даже слезами по ночам (знаем, сами проходили через все это), все же надо помнить, что рано или поздно все успокоится и перемелется, а годы эти еще с ностальгией вспоминать будете. :) (Хотя... ну да, мне самому до сих пор время от времени сны снятся, что я что-то там в институте досдавать должен, а почему-то это не получается, и я сильно волнуюсь и не знаю, что делать... :)) ).

Как-то так.
Конг

Ян Оришовский - организатор реестрового козачества. Часть 2

На рубеже 1580-81 гг. Ян Оришовский нес сторожевую службу в низовьях Днепра. Описание организованной козаками приграничной службы, столь нужной для Украины и всей Речи Посполитой, он вставил в свое послание королю в связи с делом двух татарских царевичей (братьев хана, которые убежали от него вследствие какого-то конфликта). Оришовский информировал Батория, что на всех днепровских переправах расставил своих людей. Когда же татарский отряд начал форсирование, то одни козаки задержали его, а другие пришли на подмогу. Прямо на воде татары были разбиты и пойманы. Правда, в своем письме королю царевичи писали, что сами просили казаков переправить их через Днепр, а в результате подверглись аресту. Так или иначе, но присутствие казаков на стратегически важных днепровских переправах никто не подвергал сомнению. При помощи сторожевых отрядов, разведчиков и беглецов из татарской неволи козаки получали исчерпывающую информацию о событиях в Крыму, а налаженная система наблюдения за переправами давала возможность своевременно нейтрализовывать небольшие татарские отряды. Эта борьба отнимала у козачества максимум сил, но в то же время и приносила наибольшую пользу.

В то время козаки уже регулярно получали плату за службу. Сохранился реестр козацкого полка за 1581 год, согласно которому под командованием Оришовского пребывало 500 козаков, поделенных на десятки во главе с атаманом. Кроме того, при Оришовском был еще и личный отряд, численностью 30 человек, в основном шляхтичей.
После московской войны судьба козацкого реестра стала неопределеной. Интерес властей к нему уменьшился. Козакам подолгу не платили денег. Соответственно козацкий полк то прекращал службу, то собирался снова. Старшим над реестровцами оставался Оришовский. Другое дело, что под его рукой осталась лишь незначительная часть козаков. Большинство же козачества предпочитало принадлежать к сечевой вольнице, не связанной в своих действиях ограничениями со стороны всяческих государственных органов.

В 1582 году впервые ясно проявилась бесперспективность политики в отношении казаков, основанной на принципе "Мавр сделал свое дело...". Дав полную свободу действиям козачества во время московской войны, Польша теперь не смогла удержать энергию козачества в устраивавших ее рамках. Запорожцы с удвоенной силой возобновили нападения на турок и татар. Они разгромили татарских послов на Самари, а в 1583 году напали на турецкие города-крепости Тягин (Бендеры) и Ягорлык в Приднестровье, захватили и разрушили их. Разозленный султан пригрозил Польше войной, если она не покарает виновных. Это событие породило большой международный резонанс и привлекло к козакам интерес со стороны почти всего христианского мира.

Вскоре на козацкого "капитана" (голову) вышел представитель Ватикана Кароль Гамберини, очень интересовавшийся козаками, их силами, юридическим статусом. Этим "капитаном, судя по всему, был Оришовский. Он рассказал, что козаки проживают на Днепре, состоят из беглецов от татарских набегов, а также из разного рода добровольцев и авантюристов, в основном из шляхты. В последние десятилетия козаки стали настолько сильными, что их боятся татары и турки. При необходимости, добавил "капитан", он может собрать до 14-15 тысяч козаков. Оришовский предложил план использования козачества в борьбе против Турции, до морского похода на Константинополь включительно. В способности козаков осуществить такую операцию он не сомневался, лишь просил достаточно крупную сумму денег (25-30 тысяч золотых дукатов) для снаряжения экспедиции. Затем к тайным переговорам подключился посол Польши в Турции Дзержек (родственник Оришовского). Он поклялся, что все сказанное про козаков правда, и посоветовал использовать их в войне Венеции против турок. В 1585 году Гамберини вернулся в Ватикан, но война к тому времени уже закончилась,так что про все дело с козаками просто тихо забыли.

Принимал ли сам Оришовский участие в набеге 1583 года толком неизвестно. Однако его ближайшего соратника Янчи Бергера как одного из организаторов похода Баторий приказал схватить и в угоду туркам казнить. Очевидно, местные реалии втянули в вихрь событий и лояльного к королю в остальных вопросах Оришовского. Однако походы на турок и татар диктовались логикой непрерывной приграничной войны. Наилучшим способом обороны стали... нападения на гнезда турецко-татарской агрессии - города-крепости Приднестровья и Причерноморья, а также Крым. Оришовский также не мог удержаться от искушения принять в них участие. И хотя точно известно лишь об одном случае участия Оришовского в походе на татарские улусы (1585 г.), нет сомнений, что он проделывал это неоднократно. Интересно, что козаки все же не считали татар совсем уж непримиримыми врагами. Как-то раз, узнав об обострении отношений между Турцией и Крымом, Оришовский отправил к хану посланца с предложением помощи в возможном конфликте.

Как один из руководителей козачества, Оришовский добился большого авторитета у жителей Приднепровья. Об этом свиделеьствует такой случай. В 1586 году Оришовский приехал по своим делам в Киев. В городе как раз разгорелся конфликт между жителями Софийской слободы и наместником киевского воеводы князем Матвеем Войничем Воронецким. Наместник брал со слобожан невиданные до той поры поборы, а затем его слуги ограбили и даже бросили в темницу некоторых из них. Понятное дело, не было большого смысла в том, чтобы подавать в суд на наместника. Поэтому обиженные слобожане обратились к Оришовский, как к "запорожскому гетману", чтобы он передал жалобу прямо королю Баторию. Тот пообещал выполнить просьбу слобожан, но вскоре Баторий умер, так что жалоба к нему так и не попала.

В 1587 году для выборов нового короля собрался конвокационный сейм. Прибывший на него в качестве представителя низового козачества, Оришовский попросил вознаградить козаков и себя лично за службу на татарском пограничье. По этому поводу сейм принял решение выдать козакам плату и оставить старшим Оришовского. Депутатов также очень удивили внешний вид и поведение казачьего вожака. Есть свидетельства, что он был одет "по-гречески" (возможно, носил на себе украинское одеяние или широкие шаровары), а во время заседания прямо посереди зала сел на пол, скрестив ноги "по-турецки". А ведь во время заседаний в то время сидели лишь сенаторы, а шляхетские представители стояли за их спинами. Оришовского долгое стояние, по-видимому, утомило, вот он и повел себя так, как привык среди своих козаков. Так что десятилетнее пребывание в козачьем кругу наложило свой отпечаток на манеры даже того человека, который поначалу принадлежал к несколько иной социально-культурной среде.

(Продолжение следует)

Источник: Iсторія України в особах: Литовсько-польська доба/Авт. коллектив: О. Дзюба, М. Довбищенко,... О. Русина (упоряд. и авт. передм.) та ін. - К.: Україна, 1997. - 222 с.

Перевод с украинского - наш собственный.