November 13th, 2017

Конг

Турция в XIX - ХХ веках. Часть 52

НАРАСТАНИЕ СЕКУЛЯРИЗАЦИИ

Возвращаясь к внутренним турецким делам 1930-х годов, можно констатировать, что секуляризация первоначально была принята лишь небольшой частью турецкого общества, в то время в основном сельского. Поэтому некоторые авторы-кемалисты выдавали желаемое за действительное, когда говорили, что исламизм ушел в невозвратное прошлое. В разделе "Светская сущность кемализма" Саффет Энгин в вышедшей в 1938 г. книге писал, что после ликвидации халифата "религия уже не сохраняла никакого политического смысла".

Такая убеждённость покоилась и на том, что после расправы религиозных фанатиков над Кубилаем в Менемене в 1930 г. орден накшбенди был в целом сочтён виновным, его руководство было арестовано, некоторые казнены в феврале 1931 г.

Справедливости ради необходимо сказать, что действительно, в русле европеизации и секуляризации немало было сделано и для ознакомления населения с западной культурой. Например, именно тогда по линии министерства просвещения, то есть на государственные средства, начался массовый перевод западных, русских и советских классиков. Тогда же по инициативе Кемаля Ататюрка были созданы первые очаги национального республиканского искусства: драматические театры европейского направления, консерватория, оперный театр в Анкаре (1949 г.), кинематограф, музеи. В ноябре 1934 г. по решению правительства мечеть Айя Софья (бывший собор Святой Софии) стала музеем. Большое развитие получили живопись и скульптура, в 1920-х годах в стране появились первые молодые художники-модернисты, они учредили Общество независимых живописцев и скульпторов, стали проводить выставки своих работ. Первую такую выставку в Анкаре в 1929 г. посетил сам Мустафа Кемаль.

Вот что говорил о тех временах известный политик современной Турции - бывший президент Тургут Озал. Его семья была религиозной, но, как сообщал Озал, "я не мог научиться даже в доме совершать намаз, ибо такое было время... В итоге моя мать - учительница, отец - чиновник, они - функционеры режима... По моим воспоминаниям, в касаба и городах устраивались республиканские балы, новогодние балы. Людей туда привозили, заставляли танцевать... Даже говорили: меняй супругу, так делают на Западе. Мать и отец ходили на эти балы, не знаю по своей воле или нет. Могли это делать в новинку. Религию я начал познавать с первого курса Технического университета".

Власти продолжали совершенствовать статус своего нового правительственного органа - Управления по делам религии (УДР) при совете министров. Оно занималось в основном организацией религиозной службы и строго соблюдало требования власти "сохранять вне политики и над политикой" религиозные дела. В июне 1935 г. был принят закон, непосредственно касавшийся управления, определявший его структуру и функции - кадровый состав, деятельность в центре и на местах и т. п. В 1937 г. вышла правительственная инструкция о правилах исполнения названного закона. Именно в феврале этого года в конституцию была принята поправка о том, что Турция - светское государство.

Турецкие авторы справедливо относят к "светскому" решению религиозной темы такие законы, как Гражданский и Уголовный кодексы (1926 г.), а также законы о европейском календаре (1926 г.), о латинском алфавите (1928 г.), о запрете священнослужителям любой религии носить религиозную одежду вне своей службы (1934 г.), об определении воскресного дня днём отдыха (1935 г.). В той же связи следует оценивать первое прочтение Хафизом Яшаром (Окуром) Корана по-турецки в 1932 г. в стамбульской мечети Еребатан, а также письмо в том же году Управления по делам религии стамбульскому муфтиату о необходимости в ближайшее время читать эзан и камет (призыв к молитве) на турецком языке. В 1933 г. было ликвидирован Дарульфюнюн в Стамбуле и его богословский факультет, на его месте был учреждён Стамбульский университет, при его литературном факультете создан институт изучения ислама, задача которого ограничивалась исследовательской деятельностью.

Ислам вынужден был самоопределяться заново. В 1937 г. в тексте конституции среди важнейших и не подлежащих отмене принципов был назван принцип светского государства. Религии окончательно запрещено было вмешиваться в политику, правовую систему, образование, институты религии были взяты под жесткий контроль государства. Влиятельные тарикаты с их мистицизмом были объявлены вне закона, в итоге сила ислама была ограничена.

Особое внимание было уделено женщинам. Кемаль побуждал власти почти насильно приобщить женщин к общественной жизни страны и тем самым ослабить влияние на них исламистов. Несколько женщин благодаря таким действиям стали депутатами меджлиса, после признания в 1934 г. за ними конституционного права выбирать и быть избранными в меджлис. Доля неграмотных среди женщин составляла тогда 91,8%, причем почти все женщины были лишены возможности учиться. Даже среди мужчин доля неграмотных достигала 76%.

В результате всех названных мер в предвоенные годы "штаб-квартиры" некоторых религиозных орденов и общин вынуждены были покинуть Турцию. Так, руководство ордена бекташей перебралось в Албанию, последователи учения мевлеви обосновались в Сирии, сторонники орденов накшбенди, кадири и юобреви оказались в Центральной Азии, часть идеологов "народного ислама" пыталась найти убежище в Боснии и Герцеговине.

И все же исламисты даже в 1930-е и 1940-е, самые трудные для них годы, подспудно оставались серьёзным политическим оппонентом кемалистов, несмотря на все законодательные запреты по их вмешательству в политическую жизнь страны, несмотря на весьма жёсткую статью 162 уголовного кодекса.

Источник: Киреев Н. Г. - История Турции. XX век - М.: Крафт, ИВ РАН, 2007.
Конг

Украинские судьбы ХХ века - 1

Елена Апанович - исследователь и популяризатор казачества. Часть 1

Елена Михайловна Апанович (1919 - 2000) - историк, исследовательница истории Украины казачьей эпохи, казачьего летописания, специалист в области историографии, источниковедения, археографии, книговедения, рукописной книги, маргиналистики; историософ, журналистка, просветительница.

Родилась осенью 1919 года в Симбирской губернии. Ее отец Михаил Апанович — был железнодорожником, белорусом по происхождению, мать Камилла — из польского шляхетского рода Бортновских. Из-за специфики работы отца семья постоянно меняла место жительства: Белгород, Сумы, Харьков, Харбин (в 1929-1933 годах отец работал главным ревизором КВЖД), снова Харьков. В подростковом возрасте видела ужасные картины последствий голода: мертвые тела на улицах Харькова. В 1935 году отец ушел из семьи, в 1936 году умерла мама. Елена на "отлично" закончила школу (в характеристике указано "Способности - выдающиеся") в Харькове и поступила во Всесоюзный коммунистический институт журналистики в Москве. Но вскоре преподаватели института были репрессированы, а сам ВУЗ ликвидирован. Тогда Елена перешла в Харьковский пединститут (факультет русского языка и литературы), который закончила в 1941 году.

Во время Великой Отечественной войны была эвакуирована в Южный Казахстан, затем переехала в Уфу, где в 1942-1944 годах работала Госнаркомздраве, а затем корреспондентом и инструктором узлового радиовещания Башкирского радиокомитета.

В 1944 году вернулась в Харьков, но поскольку ее жилье было разрушено, то в мае переехала в Киев. Работала научным сотрудником, старшим научным сотрудником, с июня 1946 года — начальником отдела древних актов ЦГИА Украины (Киев), где, по ее словам, "просто влюбилась в украинское казачество". В 1945-48 годах - аспирантка историка Костя Гуслистого, затем защитила диссертацию на тему "Запорожское войско, его устройство и боевые действия в составе русской армии во время русско-турецкой войны 1768—1774 годов". Обработала значительное количество архивных материалов XVI - XVIII веков.

В 1950 — 1952 годах — младший научный сотрудник, с 1956 года — старший научный сотрудник в Институте истории АН УССР. В 1951 году приняла участие в археологических экспедициях по местам бывших Запорожских сечей накануне строительства Каховской ГЭС и затопленных впоследствии рукотворным Каховским водохранилищем. В 1961 году выпустила монографию "Запорожская Сечь в борьбе против турецко-татарской агрессии. 50-70 годы XVII века". В дальнейшем написала около 80 статей для Украинской Советской Энциклопедии (УСЭ), Украинского Советского Энциклопедического Словаря, Советской энциклопедии истории Украины, Советской исторической энциклопедии.Принимала участие в научных конференциях, ее блестящие публичные лекции по истории казачества пользовались большой популярностью. Но когда Е. Апанович пришла с планом новых лекций и иных просветительских мероприятий к вице-президенту АН УССР И. Белодеду, тот всплеснул руками "Это же настоящая находка для националистов!". В то же самое время Елена Апанович общалась со многими представителями интеллигентов-шестидесятников, читала самиздат, слушала зарубежные радиостанции.

В конце 1969 года при содействии П. Е. Шелеста вышла монография Е. Апанович "Вооруженные силы Украины первой половины XVIII века", но после снятия П. Шелеста с поста Первого секретаря ЦК КПУ, печально известных арестов среди украинской интеллигенции в 1972 году и общего идеологического погрома казачество стало "идеологическим криминалом", сама книга была изъята из библиотек и на нее было запрещено ссылаться.

12 сентября 1972 года Е. М. Апанович была уволена из Института истории УССР за "неправильные" взгляды. Формально "по сокращению штатов", а фактически за диссиденство в науке. Перед этим на собрании глава профсоюзной организации института заявил, что Е. Апанович и О. Компан являются "сорняком, который нужно вырвать с корнем". На самом деле погром гуманитарных академических институтов Украины зацепил тогда десятки ученых.

Почти год такая "одиозная фигура", "меченый атом" была без работы. В это время проявились твердость и жизнеспособность ее характера. С тех пор Е. Апанович стала символом стойкости и несломленности ученого и интеллигента.

Затем с изрядным трудом ей удалось устроиться в отдел рукописей Центральной научной библиотеки АН УССР. Елена Михайловна в этот период занялась архивной работой, составила описи многих фондов, изучала украинские рукописные исторические книги XV—XVIII веков. Поскольку в Украине ее труды практически не печатали, до середины 1987 года Е. Апанович публиковала их в Москве, Ленинграде, Вильнюсе, Таллине.

Также Е.М. Апанович заинтересовалась личностью В. Вернадского, обнаружила в фондах библиотеки дневники Вернадского и другие материалы, с ним связанные, обработала их, а затем на основе этих материалов подготовила около 20 статей и большую часть книги "В. Вернадский.Жизнь и деятельность на Украине", которую удалось опубликовать лишь в соавторстве с К. М. Сытником и С. М. Стойко в 1984, а затем в 1988 году. Е.М. Апанович была даже согласна, чтобы на обложке книги вообще не было ее имени - лишь бы вышла. Затем, уже в перестроечные годы Елена Михайловна была заместителем ученого секретаря Комиссии АН УССР по разработке научного наследия Вернадского.

(Окончание следует.)

Автор: Василий Овсиенко.

Источники: Міжнародний біоґрафічний словник дисидентів країн Цент­
ральної та Східної Європи й колишнього СРСР. Т. 1. Україна.
Частина 1. – Харків: Харківська правозахисна група; "Права
людини", 2006. – 1–516 с.

Материалы Википедии.