November 29th, 2017

Конг

"Хочу жениться на Москве". Часть 1

Женщины в политической биографии гетмана Ивана Брюховецкого

Фигура гетмана Левобережной Украины 60-х годов XVII века Ивана Мартыновича Брюховецкого в анналах украинской истории, вне всякого сомнения, выделяется своей неординарностью, а подчас и не совсем присущей тогдашним украинским политикам экстравагантностью и эпатажностью. Смолоду, в конце 40-х годов
XVII века, он лишь старший слуга на гетманском дворе Богдана Хмельницкого и воспитатель сына гетмана Юрия. Но началу 60-х годов, то есть в пору зрелости, Иван Мартынович уже один из наиболее популярных лидеров народной стихии, а также без всяких оговорок - persona grate в Москве. "Холоп царя" в 1665 г., а затем инициатор и руководитель антимосковского восстания на Левобережье в начале в 1668 г. Кроме того, Брюховецкий стал первым среди украинских гетманов, кто посетил Москву, первым казацким старшиной, удостоенным звания царского боярина. В конце концов - первым и последним полновластным гетманом Левобережной Гетманщины, который нашел смерть от рук собственного окружения...

Личность Ивана Мартыновича не может не привлечь к себе внимания исследователей еще и потому, что имеющиеся исторические источники дают возможность - хотя бы и фрагментарно - смоделировать такую достаточно пикантную страницу истории, как отношение украинских верховных служителей Марса к лицам противоположного пола. Тем более, что и здесь полностью оправданным является напоминание о первенстве Брюховецкого в конструировании на то время вовсе не нормированных, но уже политически предопределенных мезальянсов представителей казацкой старшины и российской элиты. Российское правительство постигнет политические преимущества подобного
рода брачных стратегий лишь во второй половине 80-х годов XVII века, включив в текст Коломацких статей положения о содействие сближению "народа малорусского" с "народом великороссийским", в том числе и "супружеством".

Первое упоминание источников о нашем герое как о приближенном Хмельницкого содержит казацкий реестр 1649 г. После этого имеются в источниках и другие, но достаточно спорадические упоминания о нем. В частности как о после гетмана Богдана Хмельницкого к двору князя Трансильвании Дьердя II Ракоци в 1656 г. или посланце гетмана Ивана Выговского к польскому королю в 1658 г.

Первое же политическое проявление Брюховецким своих претензий на лидерство в Украине приходится на осень 1660 г., когда он, в то время уже кошевой атаман Запорожской Сечи, первым среди высшей сечевой старшины едет в Москву (как увидим дальше, эпитет "первый" еще не раз появится рядом с именем Ивана Мартыновича). Едет, чтобы засвидетельствовать свою верность царю. Причем едет в тот момент, когда московское
руководство нуждалось в этом больше всего - после перехода гетмана Юрия Хмельницкого под Чудновом на Волыни на сторону польского короля Яна Казимира.

Удачно избранное время акции, а также продемонстрированное в Москве тонкое понимание специфики политической ситуации на Левобережной Украине и Запорожье дали возможность Брюховецкому утвердить за собой статус
верного слуги царского престола. И именно с этой стартовой площадки с осени следующего года он включается в гонку за гетманской булавой.

В контексте нашего исследования эти предвыборные старания Брюховецкого интересны тем, что именно на то время выпадает первое документально зафиксированное упоминание о существовании у него планов изменения своего семейного статуса. Причем брачные планы сорокалетнего новобрачного, как и в последующие времена, имели четко выраженную политическую окраску.

Основанием для таких выводов служит тот факт, что невестой Ивана Мартыновича (на то время пока что кошевого атамана и самопровозглашенного запорожского гетмана, а также претендента на гетманскую булаву Левобережной Украины) выступала дочь также достаточно колоритной фигуры украинской истории того времени - местоблюстителя Киевской митрополичьей кафедры, епископа Оршанского и Мстиславского Мефодия (Максима Филимоновича).А епископ Мефодий в тот момент был чуть ли не самой влиятельной политической фигурой Левобережья. Ведь, имея за собой безграничное доверие Москвы (где он и был возведен - вопреки церковным канонам
- на епископство Оршанское и Мстиславское и назначен местоблюстителем Киевской митрополии), Мефодий выполнял не только функцию посредника между верующими Левобережной Украины и московской духовной и светской властью, но и своеобразного министра по украинским делам в правительстве Алексея Михайловича.

Чрезвычайно важной была его роль и в элекцийном процессе, что тянулся в Украине со времени Чудновской кампании 1660 г. Именно противодействие Мефодия в значительной степени помешало Якиму Сомку в предыдущие
1661 и 1662 гг. прибрать к своим рукам гетманскую булаву. И поэтому брачные проекты, в которых фигурировали имена Максимовой дочери и Брюховецкого, создавали для последнего неплохие перспективы
восхождения на вершину политического Олимпа Левобережной Гетманщины.

(Продолжение следует.)

Источник: Горобец Виктор, Чухлиб Тарас НЕЗНАЙОМА КЛІО. Таємниці, казуси і курйози української історії.
Козацька доба. - Київ, видавництво "Наукова думка", 2004. 311 с.

Перевод с украинского - наш собственный.
Конг

Крестом, словом и огнем: первые инквизиторы на украинских землях

Даже далекие от истории люди не могут отрицать знакомства с термином "инквизиция". Правда, в большинстве случаев она будет ассоциироваться с малоприятными вещами наподобие пыток, хмурых подземелий, массовых казней на костре и других зарисовок для комиксов или фильмов ужасов. Впрочем, далеко не всегда обвинения по адресу именно инквизиции справедливы - что-то дописали ей позже оппоненты христианства, где-то ее перепутали с государственными органами и тому подобное. Еще одно распространенное, но ошибочное, убеждение - что инквизиция действовала исключительно где-то далеко, в Западной Європе. Но нет, была она и на тех землях, которые вошли затем в состав Украины, поэтому не исключено, что кто-нибудь из чиателей этой статьи ежедневно ходит той же дорогой, по которой несколько сотен лет тому назад ходили инквизиторы.

Собственно, папские инквизиторства из числа доминиканцев и францисканцев появляются на территории Крыма и Червоной Руси (Галичины) в ХІV - ХV вв., во время экспансии в эти регионы католических государств (Генуэзской и Венецианской республик, ну и Польши соответственно). Маршрут на восток монахов-миссионеров и инквизиторов вслед или впереди облаченных в доспехи колонн войск венгерских и польских королей и князей был навеяный наставлениями буллы папы Григория ІХ от 1234 г., адресованной проповедникам In terras Ruthenorum et paganorum proficiscentibus ("Тем, которые добиваются успеха в землях русских и языческих").

Инквизиторов, которые действовали за пределами тогдашнего ЕС, а следовательно и на территории современной Украины в частности, именовали Inquisitores haereticae pravitatis in partibus Orientalibus. То есть инквизиторами по обращению еретиков в краях Востока. Принимая во внимание то, что католиков в этих краях было не так уж и много, а власть удерживали и совсем не католики (вот на Руси - православные, или в Крыму - мусульмане), приходилось вести себя несколько иначе, чем действовали их западноевропейские, например испанские, коллеги. В частности, можно утверждать, что на украинских землях было гораздо меньше возможностей осуществлять репрессии против еретиков, а значительно больше приходилось пропагандировать и убеждать. В конечном итоге, невзирая на утверждение советской историографии, назначение инквизиции заключалось прежде всего в возвращении еретиков к католической церкви, а не в уничтожении их. Жесткая борьба с колдунами и ведьмами возникла позднее.

Современный украинский исследователь М. Черный отмечал, что в государствах Центрально-Восточной Европы (Венгерское и Чешское королевства, Австрийское герцогство и польские княжества) острой потребности в организации инквизиционной борьбы против еретиков в XIII веке. еще не было. Ведь епископаты этих государств успешно противодействовали стихийному распространению сект. Это влияло, в частности, и на незначительный прогресс в распространении структур ордена доминиканцев в этом регионе. Польский исследователь Я. Тазбир отмечал, что на польские земли инквизиция прибыл в 1318 г. Сто девяносто пятый Папа Римский Иван XXII назначил тогда в краковскую и вроцлавскую диецезии постоянных инквизиторов (censores fidei).

По мнению М. Черного, в Центрально-Восточной Европе активную инквизиционную деятельность осуществлял не доминиканский орден, а епископат или светская власть. Доминиканские инквизиционные трибуналы были эффективными лишь при индивидуальном преследовании заподозренных в ереси. Преследовать массовые еретические движения на удаленных от Рима территориях они не могли. Такая неэффективность работы повлекла постепенную номинализацию роли доминиканцев в деятельности инквизиционных трибуналов на территории всех государств Центральной и Восточной Европы. Созданные в первой четверти XIV века, доминиканские инквизиционные трибуналы сразу очутились под контролем местного католического епископата.

Можно допустить, что первыми настоящими инквизиторами на территории современной Украины были доминиканцы из конгрегации Societas Fratrum Peregrinantium propter Christum inter gentes (Общество братьев-пилигримов ради Христа среди язычников). Самые старые ее доминиканские конвенты возникли благодаря генуэзцам в Кафе (сейчас Феодосия, 1298), Пэре (сейчас район Стамбула, 1299) и Трапезунде (сейчас Трабзон, 1315). К SFP принадлежали не только доминиканцы, но и францисканцы. Чаще всего это были немцы и итальянцы. Общество подчинялось генералам обоих орденов и имело от папы широкие полномочия относительно миссионерства на востоке. Буллой от 23 августа 1307 г. папа Клемент V признал миссионеров из SFP равными по заслугам с теми, кто "идет на помощь Святой Земле", то есть уравняв их в "ветеранских" правах с крестоносцами. Такие привилегии подтверждали и следующие преемники престола Петра. Представители конгрегации получили на подчеркивание своей постоянной готовности пожертвовать собой специальный наряд красного цвета: пояса, рукавицы, шляпы и туфли.

Доминиканские миссионеры активно действовали не только в бассейне Эгейского моря и Северном Причерноморье, но и в Армении и Грузии. Вслед за восточной экспансией Польского и Венгерского королевств они прибыли в Молдавию, Галичину и Валахию. В 1363 г. конгрегация была расформирована из-за значительных потерь в личном составе во время эпидемии чумы, но уже через двенадцать лет возобновлена папой Григорием ХI (с передачей в ее ведание ряда конвентов в генуэзских колониях, в частности в Кафе). В 1378 г. был создан отдельный Русский викариат SFP. Это миссионерское образование охватывало территории Галичины (на западе - аж до Кракова), Волыни и Подолья. Буллой от 28 января 1378 г. папа подчинил юрисдикции конгрегации территории, которые входили в состав Молдавского и Валашского княжеств.

Следующие папы подтверждали и номинально увеличили земли, на которых должны были вести свою миссионерскую работу доминикане указанной конгрегации. Папа Урбан VІ в булле от 1 апреля 1381 г. разделил территорию конгрегации на три инквизиционных провинции (Армения и Грузия, Русь и Волохтя, Греция и Тартария), в каждой из которых должен был быть один инквизитор, которого назначал генерал доминиканского ордена по согласованию с главой конгрегации. В русской и греческой провинциях инквизиционные суды действовали до ХVІ века. Однако и о них сохранилось крайне мало упоминаний. Допускают, что главным в их деятельности было не столько борьба с еретиками (как это было в Западной Европе), как склонение к католицизму или к унии местных православных, а также мусульман к принятию крещения. В провинции Русь-Волохия (т. зв. сontrata Russiae, охватывала Галичину, Большую и Малую Волохию) главную роль играл доминиканский конвент во Львове. Именно здесь действовал с 1381 г. инквизиционный трибунал, однако фатально не хватает письменных источников о нем.

В то же время М. Черный утверждал, что в главном монастыре SFP на украинских землях - львовском Божьего Тела - не было инквизиционного трибунала и не найдено никаких документов, связанных с карательной работой ордена. Отсюда делается предположение, что монахи Русского викариата занимались миссионерской работой, а аутодафе не принадлежало к их функциям.

Очевидно одним из первых серьезных вызовов для инквизиторов на Руси стала угроза распространения здесь богомильства. В ХІV - ХV веках его влияние могли распространяться на Руси через беженцев-болгар, а также через торговцев и паломников (тем больше, что богомильством увлекались даже отдельные монахи на Афоне). Кроме того, распространялись ереси и с запада, попадая в Речь Посполитую в XIV - XV веках как с проповедниками, так и с простым людом, а также благодаря распространению соответствующих трудов и апокрифов.

Но так или иначе SFP была ликвидирована в 1456 г. (правда, уже в 1464 г. ее возобновили в русских землях, но это уже другая история). Стоит заметить, что практически отсутствуют достоверные данные о казнях еретиков по приговорам инквизиции на Руси. Известны соответствующие факты, которые имели место в западных регионах Польского королевства, - в Силезии, Великопольше и Приморье, там инквизиторы или светская власть время от времени сжигали нескольких еретиков, преимущественно гусситов. В то же время историк доминиканского ордена В. Фонтана сообщает, что в 1506 г. во Львове инквизиция осуществила аутодафе над тремя еретиками из Чехии, которые проповедовали идеи, близкие ранним евангельским сектам.

Отдельно стоит вопрос относительно инквизиции в Закарпатье, которое на то время входило в состав Венгерского королевства. Достоверной информации относительно инквизиции в этом государстве сохранилось немного. В тексте средневекового так называемого Кошицкого кодекса (Kassai kodex, оригинал потерян во время Второй мировой, а потому некоторые исследователи не исключают, что это банальная более поздняя мистификация) есть записи о 83 случаях процессов над ведьмами в Венгерском королевстве в период с 1227 по 1498 гг., то есть еще в ХІІІ веке Деятельность венгерских инквизиторов, кроме судов над ведьмами, направлялась на борьбу с пережитками языческой практики и с представителями ересей. Войны с турками и следующая волна Реформации переключили внимание венгерского духовенства на другие проблемы, потому в ХVІ - ХVІІІ веках местная инквизиция не имела значительного размаха и о ней сохранились лишь немногочисленные письменные упоминания.

Автор: Иван Гоменюк.

Источник: интернет-издание "LIKБЕЗ. Історичний фронт" http://likbez.org.ua

Перевод с украинского.