November 30th, 2017

Конг

Иван Сулима - разрушитель крепости Кодак. Часть 2

В начале августа запорожское войско под руководством Ивана Сулимы выступило с Сечи. Часть козаков поднималась по Днепру на чайках, другие шли к крепости Кодак по степи. Подобраться к крепости незаметно было нельзя, поэтому козаки остановились в нескольких верстах от нее и провели тщательную разведку. Одновременно с тем они рубили кустарники, готовили связки хвороста и лестницы для штурма крепости. Иван Сулима завершал обсуждение деталей задуманного плана со своими ближайшими соратниками - Павлом Бутом, Иваном Сорокой, Кондратом Бурляем.

В ночь с 11 на 12 августа козаки, воспользовавшись темнотой и шумом порогов,незаметно окружили крепость. По условному сигналу (крик филина) они забросали ров хворостом для быстрой переправы под стены и пошли на приступ. Несколько козаков внезапно напали на часовых и открыли ворота. По приставным лестницам запорожцы смогли забраться на стены, а уже оттуда проникнуть на территорию замка. Внезапное появление повстанцев вызвало панику среди жолнеров. Они не сумели организовать оборону и через несколько часов почти все погибли. Из всего гарнизона в живых остались всего 15 человек, которые в тот момент находились в разъездах. По приказу Сулимы казаки спалили деревянные сооружения,а валы разрушили, чтобы "близ наших родных порогов и памяти не осталось о поляках".

Фрагментарность исторических данных не дает возможности точно восстановить дальнейший ход событий. Есть сведения про продвижение Сулимы к Кременчуку, откуда он призвал крестьян к борьбе с панами. Однако, не получив широкой поддержки, Сулима был вынужден вернуться на Запорожье.

Отход за пороги вызвали и слухи о намерениях властей организовать масштабную карательную экспедицию. Вести о взятии Кодацкого замка быстро распространились по Украине. Адам Кисель, который временно замещал коронного гетмана, и переяславский староста Лукаш Жолкевский развернули подготовку к походу - прежде всего мобилизовали реестровых по всем полковым городкам и запросили помощи у Конецпольского. И уже в конце августа они объединенными силами выступили на запорожцев.

Со своей стороны, повстанцы укрепили лагерь и приготовились к длительной осаде. Иван Сулима рассчитывал также на подход свежих сил из волостей. Неоднократные штурмы реестровцами лагеря запорожцев не увенчались успехом. Повстанцы отчаянно обороняли свой последний рубеж. Тогда, по плану А. Киселя, к ним подослали реестровцев под видом беглецов от татар. Заподозрив неладное, повстанцы сначала не поверили этим людяи, но затем, после принесения присяги, приняли их. Когда похолодало, в лагере стали проявляться признаки нехватки продовольствия и топлива: среди козаков начался разброд. Этим и воспользовались изменники. Схватив козацкого вожака и его ближайших помощников, они выдали их Киселю в надежде на вознаграждение. Затем, в попытке проявить свою верность правительству, реестровцы спалили чайки Сулимы на глазах у королевского комиссара. Однако их ожидания оказались напрасными: поскольку в казне не хватало денег, то выплату вознаграждения реестровцам отложили на будущее.

Гетмана Ивана Сулиму и пятерых его ближайших сподвижников отправили в Варшаву. Других казнили на месте, а значительное количество повстанцев повезли строить Гадяцкий замок. По решению сейма козацких вожаков приговорили к смерти. На центральной площади польской столицы им отрубили головы, а затем четвертовали. Ходили разговоры, что канцлер Якуб Жадзик спас от смерти одного из осужденных, а именно Павла Бута, который позднее стал видным козацким вожаком. Отцовское дело продолжили и сыновья славного гетмана, сражавшиеся в войске Богдана Хмельницкого во время Освободительной войны украинского народа.


Источник: Iсторія України в особах: Литовсько-польська доба/Авт. коллектив: О. Дзюба, М. Довбищенко,... О. Русина (упоряд. и авт. передм.) та ін. - К.: Україна, 1997. - 222 с.

Перевод с украинского - наш собственный. :)
Конг

"...Хлебник, немец аккуратный..." О петербургских немцах

"19 дня сего месяца освящена с обыкновенными церемониями находящаяся на Васильевском острову евангелическая церковь..."

Это краткое сообщение, напечатанное в "Санкт-Петербургских ведомостях" 1734 года, красноречиво напоминает: Петербург всегда был (да и остается) городом многонациональным. Здесь нашли себе дом не только русские, но и поляки, украинцы, белорусы, евреи, финны, татары...

Особенное место среди всех питерских наций занимали немцы - те, что и построили храм на Васильевском, известный как евангелическая (или лютеранская) церконь Св. Екатерины...

Немецкая диаспора долго составляла вторую по численности национальную группу в нашем городе. И уже с петровских лет некоторые профессии считались в Петербурге немецкими. Врачи, скорняки, аптекари, булочники... Можно вспомнить и пушкинское:

И хлебник, немец аккуратный,
В бумажном колпаке, не раз
Уж отворял свой васисдас.

А ученые? Читатель уже знает историю ранних «Санкт-Петербургских ведомостей», родившихся на свет в XVIII столетии: и первые редакторы газеты были немцы, и издавалась она вначале на двух языках — русском и немецком. Все потому, что выпускалась она Академией наук, в которой немцы составляли тогда подавляющее большинство...

Питерские немцы не могли пожаловаться на плохое отношение властей — ведь и сама династия Романовых не была чужда немецкой крови. До самой революции при дворе, на военной службе состояло множество немцев, причем весьма высокопоставленных. Любопытен такой факт: русский генерал Федор Иванович Клингер, начальник Пажеского корпуса в начале XIX столетия, прославился как классик... немецкой литературы. В молодости (когда он жил еще в Германии) Клингер написал поэму "Буря и натиск", и поэма эта дала имя целому литературному направлению, тесно связанному с именами великих Гете и Шиллера...

А мы вернемся к евангелической церкви, с которой начали рассказ. Каждый из таких храмов представлял собой для немцев не просто дом молитвы, но и центр культурной жизни. При церквях работали богадельни, общества и обязательно — школы. Петершуле при церкви Св. Петра и Павла на Невском, Анненшуле при церкви Св. Анны на Кирочной, Катериненшуле при церкви Св. Екатерины... Учились в этих заведениях, кстати говоря, не только немцы — питомцами знаменитой Петершуле были и Карл Иванович Росси, и Модест Петрович Мусоргский.

Питерских немцев иногда упрекали в том, что они слишком плохо знают русский язык, русскую культуру — и живут, словно отгородившись от остальной части города. Что ж, и вправду, не все немцы хорошо знали русский язык. Но вот насчет культуры... Немец Адольф Маркс, плохо говоривший по-русски до конца своей жизни, внес громадный вклад в культуру России. Он создал и много лет издавал популярнейший журнал "Нива", а в приложении к ней выпустил множество собраний сочинений русских писателей. Именно издания Маркса познакомили многих русских читателей со своими классикам.

Кстати, Адольф Маркс стал и первым в России издателем-миллионером. Что русскому хорошо, то и немцу - доход!

Автор -Дмитрий Шерих.

Источник: Шерих Д. Ю. Визитная карточка Петербурга. Жизнь от Петра до Путина в зеркале "Санкт-Петербургских ведомостей". - М.: "Центрполиграф", 2009. - 270 с.