Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Конг

Ислам в Албании

Наиболее распространенным религиозным направлением в Албании является ислам. В настоящее время, согласно CIA World Factbook, 70 % населения страны являются мусульманами. Однако, по данным Pew Research Center по состоянию на 2009 год процентное количество мусульман в Албании было даже 79,9 %.
Согласно результатам переписи Албании 2011 года в стране насчитывалось 1,587,608 мусульман (56,70 % населения страны) и 58,628 бекташей (2,09 %). Ислам исповедуют албанцы, а также живущие в стране арабы и египтяне. Большинство мусульман являются суннитами (преимущественно ханафитского мазхаба). Все же современную Албанию нельзя назвать типично мусульманской страной, и в отличие от Косово, влияние ислама в Албании ослабевает по мере интеграции страны в общеевропейское пространство. Тем не менее, долгое время Албанию было принято считать единственной официально признанной страной, полностью расположенной в Европе и при этом имеющей мусульманское большинство среди населения.

* * *

Ислам начал проникать на территорию нынешней Албании начиная с XIV века, с момента завоевания Османской империей Балканского полуострова. До того все албанцы были включены в сферу христианства: католичества
на севере и православия на юге. К 1431 году турки включили всю южную Албанию в
Османскую империю и создали администрацию санджака со столицей в Гирокастре, захваченной в 1419 г. Горные районы северной Албании оставались под контролем автономных вождей племен, хотя и признававших верховную власть султана. Последующие четыре века османской колонизации изменили облик страны радикально.

В первые десятилетия османского владычества среди самих албанцев мусульман было немного. Известно, что в 1577 г. северная и центральная Албания все еще оставались по большей части католическими, но в первых десятилетиях XVII века, по разным оценкам, от 30 до 50 процентов населения северной Албании обратились в ислам. К 1634 году в ислам также обратились многие жители Косово. Среди жителей города Призрена в то время, например, было 12 000 мусульман, 200 католиков и 600 православных. К концу XVII века мусульман на большей части страны стало больше, чем христиан. Римское католичество и греческо-сербское православие были приводными ремнями иностранных культур в Албании, движимыми иностранными языками. Это были религии, в которые албанцы, в отличие от их сербских, болгарских и греческих соседей, были лишь внешне обращены и с которыми они не могли легко идентифицироваться. Массовое обращение албанского населения в ислам тем более понятно, учитывая высокие харачи или подушные налоги, взимавшиеся с христианских жителей империи. Помня об этих налогах, многие албанцы предпочли, что называется, подыграть и нашим и вашим, а потому стали так называемыми криптохристианами, то есть христианами в уединении своих домов, но мусульманами на публике. Характерным для албанского отношения
к вопросам религии был девиз: "Где меч, там лежит религия"(Альб. Ku eshte shpata, eshte feja). Прессинг по обращению в ислам усилился во время русско-турецких войн XVIII века, хотя ситуация для православной общины несколько улучшилась в 1774 году после заключения Кучук-Кайнарджинского мирного договора, согласно которому
Россия стала фактическим защитником всех православных христиан в Османской империи. На заре независимости Албании в 1912 г. уже около двух третей албанского населения были мусульманами.

Вплоть до 1929 г. мусульманскую общину возглавлял великий муфтий Тираны с высшим шариатским советом, состоявшим из пяти человек. Позже был создан генеральный совет из главы общины и четырех великих муфтиев, представлявших Шкодру, Тирану, Корчу и Гирокастру. Организованный суннитский ислам был несколько ослаблен в 1930-х годах, когда король Зог разорвал все официальные связи с мусульманами за пределами страны.
Тем не менее, согласно данным итальянских статистиков за 1942 год из общей численности населения Албании
в 1 128 143 человек мусульман было 779 417 (69 процентов), в том числе бекташей; 232 320 человек (21 процент) православных; и 116 259 (10 процентов) - католики. Среди проживающих в различных местах Балкан албанцев-мусульман самыми набожными являются, несомненно, албанцы из западной Македонии (регион Тетова и Гостивар), где сохранилось и поддерживается больше элементов традиционной культуры, чем в самой Албании.

В конце Второй мировой войны в Албании насчитывалось 1127 мечетей, 1036 имамов и муфтиев и 17 исламских
начальных школ. Начиная с 1945 г. и позже мусульманское сообщество разделилось на четыре
района с главными муфтиями для каждого, которые все больше подпадали под контроль государства, в частности, в силу закона от 26 ноября 1949 г. Этот закон требовал от всех религиозных общин прививать своим членам чувство лояльности к коммунистическому режиму. Глава мусульманской общины теперь тоже должен был быть утвержден
Советом министров, то есть правительством. Некоторые мусульманские лидеры, такие как муфтий Дурреса Мустафа Эфенди Вароши и муфтий Шкодра отказались сотрудничать с коммунистическими властями и были
ликвидированы. Другие были брошены в тюрьмы. Около 1500 мечетей просуществовали в Албании до 1967 года, но затем ислам и остальные религии были запрещены коммунистическими властями. Фактически ислам перестал существовать, по крайней мере, в албанской общественной жизни.

Публичное исповедание религии было разрешено снова в декабре 1990 г., а несколько оставшихся мечетей после 24 лет закрытия открылись с января по середину марта 1991 года. Также в этот период было проведено первое публичное празднование Рамадана. В декабре 1992 г. Албания присоединилась к Организации
Исламская конференция - шаг, который подвергся серьезной критике в стране в то время, даже среди мусульман.

Восстановленную общину мусульман-суннитов после этого возглавлял Хафиз Сабри Кочи (1921-2004), который провел более 20 лет своей жизни в тюрьме и на каторжных работах. Исламские группы из-за границы - Саудовской Аравии, Кувейта, Абу-Даби, Египта и других стран - многое сделали для оказания гуманитарной помощи и содействия в возрождении исламских традиций в Албании. Практически во всех городах и деревнях с мусульманским населением теперь есть мечети или хотя бы скромный исламский общественный центр.

Тем не менее, хотя больше нет ограничений на свободу вероисповедания, все еще кажется, что интерес к возрождению ислама более развит среди иностранных миссионеров и групп, чем среди самих албанцев. В отличие от своих греческих и сербских соседей, у албанцев никогда не было "национальной" религии, с которой они могли бы
идентифицировать себя как народ. За последние полтора века национальная, то есть этническая идентичность заметно преобладала над религиозной идентичностью, и эта ситуация вряд ли изменится в ближайшие годы.
Организованная религия по-прежнему играет довольно незначительную роль в общественной жизни в Албании.
Многие миссионеры и проповедники были доведены безразличием широких масс к религии, а то и даже пережитками язычества до отчаяния, особенно за последние несколько лет. Религиозный пыл в Албании это редкость, а религиозный экстремизм до сих пор почти неизвестен.

Единичные акты религиозного экстремизма,такие как бросание свиных голов во дворы мечетей,
снос надгробий католиков, взрыв в православной церкви в Шкодере, или повреждение православных фресок - это лишь отдельные, изолированные действия.

Печальный инцидент в Воскопое близ Корчи 11 августа 1996 года был типичным образчиком таких разрозненных действий. Трое албанских подростков, в возрасте от 16 до 18 лет, все прошедшие подготовку у исламских радикалов из-за границы, ворвались в красивую православную церковь Святого Михаила
(1722–1725), когда были на отдыхе в тамошнем летнем лагере. Юноши применили ножи к фрескам XVIII века, нанеся шрамы на лица и выцарапав глаза 23-м ясным православным святым. Этот акт культурного варварства шокировал и
встревожил албанскую общественность, как христиан, так и мусульман, и вызвал небольшую волну напряженности между религиозными общинами. Однако такие действия остаются спорадическими и не представляют какой-то особой развитой тенденции. Противостояние в Албании возможно скорее на политическом и
региональном уровне, чем на конфессиональном.

Несмотря на отсутствие открытого религиозного рвения среди албанцев, ислам в прошлом внес значительный вклад в то, чтобы албанцы стали такими, какими они есть сегодня. Теперь это неотъемлемая черта
национальной культуры и должна рассматриваться и уважаться как таковая.



Источники

Elsie Robert Historical dictionary of Albania. - 2nd edition. Historical Dictionaries of Europe. The Scarecrow Press, Inc., Lanham, Toronto, Plymouth, 2010. 663 pp.

Перевод с английского - наш собственный.

Материалы Википедии.
Конг

Католичество в Албании

Католичество — третье основное религиозное направление в стране наряду с исламом и православием.


По переписи 2011 года процент католиков составлял 10,03%. Католичество наиболее сильно в северо-западной части страны, которая исторически имела наиболее доступные контакты и поддержку со стороны Рима и Венецианской республики. Католики составляют большинство в уезде Леже (72,38%) и самую большую религиозную группу в уезде Шкодер (47,19%). Более 20 000 албанцев-католиков проживают в Черногории, в основном в Улцине, Баре, Подгорице, Тузи, Гусинье и Плаве. Этот регион считается частью горного региона Мальсия семи албанских католических племен. Регион был отделен от Османской Албании после Первой Балканской войны . Есть также рассеянные албанские католики в Косово и Македонии, с наибольшей концентрацией в окрестностях Гьякова. В Италии издавна проживает значительное количество людей, имеющих полное или частичное происхождение от арберешей - крупной субэтнической эксклавной группы албанского (иллирийского) происхождения. Большинство из них являются католиками, придерживаясь как латинского, так и византийского обрядов.

Католическая церковь в Албании является частью всемирной католической церкви, под духовным руководством Папы Римского. В стране пять епархий, в том числе две архиепархии плюс Апостольская администрация, охватывающая юг Албании.

В стране также действует Албанская грекокатолическая церковь - одна из восточнокатолических церквей, придерживающихся византийского обряда. В 1992 году после политических перемен в Албании была восстановлена апостольская администратура, а албанские грекокатолики получили возможность свободно исповедовать свою веру. По данным Annuario Pontificio за 2012 год насчитывает 3 749 прихожан в 8 приходах и 13 священников. С 1996 года по 2017 год её возглавлял апостольский администратор Хил Кабаши, с июня 2017 года её возглавил Джованни Перагине.

Очень важными событиями как для албанских католиков, так и для албанского общества в целом стали визиты Римских Пап в Албанию - Иоанна Павла II в апреле 1993 года и Франциска в сентябре 2014 года.

* * *

Если заглянуть поглубже в историю, то после возникновения славянского княжества Диоклетия (или Дукля, находилось на территории современной Черногории) митрополия Бара (Антивари), которая была создана в 1089 году, стала нести ответственность за большинство епископских церковных округов в северной Албании и, соответственно, за большинство мест компактного проживания албанцев в то время: Ульцин, Шас, Шкодра, Дришт (Дривастум), Пульт (Полатум), Сапа и Шурдхах (Сарда). Во время кратковременной венецианской оккупации в начале XIII века (1204-1212 гг.) была также создана архиепископия в Дурресе (1204 г.), с рядом суффраганов.

Католическая церковь принимала активное участие в сопротивлении османской оккупации Албании, которая началась в 1393 году с захватом крепости Шкодра. Противодействие достигло своего максимума в пору Скандербега, который первоначально получил значительную поддержку от Папы Римского, Венеции и Неаполитанского королевства. Скандербег получил широкое признание в христианском мире за свое сопротивление турецким захватчикам, и папа Каликст III (годы правления: 1455-1458) даровал ему титул Athleta Christi , или Защитника Христа. После смерти Скандербега в 1468 году и провала организованного албанского сопротивления туркам положение Католической церкви в Албании стало гораздо более ненадежным и даже почти что опасным. Известно, что в 1577 году северные и центральные районы Албании все еще были стойко католическими, но уже к первым десятилетиям XVII века от 30 до 50% населения северной Албании "отуречились", то есть обратились в ислам. В 1599 году в стране оставалось не более чем 130 католических священников, к тому же многие из них были не слишком хорошо образованы. Можно предположить, что албанцы принимали ислам не по теологическим причинам, а в первую очередь для того, чтобы избежать угнетения и повышенных налогов, которые турецкие власти накладывали на "неверных". Многие албанские католики на первых порах исповедовали христианскую веру за стенами своих домов, но принимали мусульманские имена и исполняли исламские обычаи на публике. Такое криптохристианство оказалось очень прагматичным и очень албанским выходом из проблемы, с которой неизбежно сталкивались католики, жившие на оккупированных османами Балканах.

Само выживание католичества в северных горах можно увязать с неустанной миссионерской деятельностью францисканцев. Сыновья и дочери албанских племен, кажется, никогда не относились к тонкостям католичества слишком всерьез, и посещавшие страну миссионеры часто были неприятно поражены и даже шокированы моральным и духовным состоянием горцев. В 1703 году, во время правления албанофила папы Клемента XI (1700-1721), сам римский первосвященник объявил, что он албанского происхождения со стороны своей матери, а хорватский архиепископ и миссионер Винцентий Змайевич (1670-1745) созвал первый национальный албанский собор в Шкодере и попытался утвердить постановления Тридентского собора среди нерешительных жителей этого региона.

Несмотря на активность иезуитов, открывших в 1859 году в Шкодере понтификальную семинарию, обращения в ислам не ослабевали в течение всего XIX века. Однако большинство горных племен все же сопротивлялись исламизации. В 1881 году среди 19 племен к северу от реки Дрины насчитывалось 35 000 католиков, 15 000 мусульман и 220 православных. В 1886 году Шкодер заменил Бар в качестве миторополии для основной части Албании.

В 1940 году структура католической иерархии в Албании была следующей: архиепископ в Шкодере с епископствами в Пулте, Сапе и Леже; архиепископ в Дурресе без суффраганов; аббатство Святого Александра в Ороше, напрямую подчиненное Святому Престолу в Риме; и Апостольская администрация для центральной и южной Албании, находившаяся под юрисдикцией архиепископа Дурреса. К концу II Мировой войны в Албании насчитывалось 253 католических церкви и часовни, 2 семинарии, 10 мужских и 20 женских монастырей, 15 сиротских приютов и мест убежища, 16 католических школ и 10 благотворительных организаций.

В 1944 году, после того как Албания была освобождена от оккупантов, но к власти пришли коммунисты, в руководстве которых, кстати, было много представителей южного племени тосков, Католическая церковь со своими тесными связями с севером страны, стала подвергаться значительным репрессиям. Генерал и видный коммунистический деятель Мехмет Шеху в своем обращении к общественности от 28 января 1945 года назвал Католическую церковь "гнездом реакции" и пообещал, что ее руководители получат "справедливые" наказания в народном суде. Апостольский нунций в Албании монсиньор Леоне Г. Б. Нигрис был арестован в мае 1945 года, затем объявлен персоной нон-грата и выслан из страны. Многие священники местного происхождения и итальянские миссионеры были арестованы, а некоторые даже приговорены к смертной казни после показательных процессов в 1946 году. В общем, Церковь постепенно, но последовательно лишали всех связей с Римом и внешним миром в целом.

При новом режиме пострадали практически все священники и интеллектуалы из Шкодера и окрестностей. Священник и драматург Ндре Задея, священник и поэт Лазар Шантоя (1892 - 1945), священник и поэт Бернардин Палай, романист Антон Харапи, публицист Гийом Шлаку (1907 - 1946) были казнены, а священник, прозаик и издатель Дом Ндоц Никай, отец прозы ХХ века народности гегов, умер в тюрьме.

24 апреля 1949 года крупный показательный процесс был проведен в кинотеатре "Республика" в Шкодере, в результате которого ряд католических прелатов были обвинены в шпионаже в пользу Югославии и приговорены к смертной казни. Согласно докладу Национального комитета за свободную Албанию, выпущенному в 1953 году, из 93 католических клириков в Албании на 1945 год 10 были свободны, 24 были убиты, 35 находились в тюрьмах, 10 умерли или исчезли, 11 были призваны в армию, а 3 смогли сбежать за пределы страны. Албанская католическая церковь таким образом была практически обескровлена к началу 1950-х годов, хотя формально и продолжала действовать на протяжении последующих полутора десятилетий. После 1951 года давление властей несколько спало, но возобновилось снова ближе к концу десятилетия. Ну а 1967 год стал поистине мрачным и трагическим - Албания была официально объявлена атеистическим государством, а все организованные формы религии были запрещены, соответственно была ликвидирована и албанская часть Католической церкви.

Но времена все-таки меняются. Дипломатические отношения Албании с Ватиканом были восстановлены 7 сентября 1991 года после окончательного падения диктатуры. Среди орденов, которые вернулись в Албанию - иезуиты, францисканцисканцы и салезианцы.

Источники

Elsie Robert Historical dictionary of Albania. - 2nd edition. Historical Dictionaries of Europe. The Scarecrow Press, Inc., Lanham, Toronto, Plymouth, 2010. 663 pp.

Перевод с английского - наш собственный.

Материалы Википедии.
Конг

Православие в Боснии и Герцеговине

В Боснии и Герцеговине проживает более миллиона человек, исповедующих православие. Подавляющее большинство из них - представители сербского народа. Соответственно, в Боснии и Герцеговине действует Сербская православная церковь. Она организована в Боснии и Герцеговине в следующих пяти епархиях:

Митрополия Дабробосанская

Дабробосанская метрополия занимает территорию центральной Боснии и северо-восточной Герцеговины. Центр митрополии — город Сараево, однако, фактически, резиденция располагается в его пригороде — районе Соколац. Митрополию возглавляет митрополит Хризостом.

Баня-Лукская епархия

Баня-Лукская епархия - самая большая епархия в Боснии и Герцеговине по количеству верующих. Но в то же время самая малая по вместительности. Она охватывает примерно регион Баня-Лука-Приедор и Лийевче-Поле. Резиденция епархии находится в Баня-Луке. Ее возглавляет епископ Ефрем.

Бихачско-Петровацкая епархия

Епархия охватывает крайний северо-запад Боснии и Герцеговины. Из всех епархий СПЦ в Боснии и Герцеговине это самая маленькая по количеству верующих. Штаб-квартира находится в Босански-Петроваце. С 1 июня 2013 года епархию возглавляет епископ Афанасий.

Захумско-Герцеговинская и Приморская епархия

Захумско-Герцеговинская и Приморская епархия (серб. Епархија захумско-херцеговачка и приморска) — епархия Сербской православной церкви на территории исторической области Хум (Захумле, Герцеговина) и побережья Адриатического моря (Дубровник). Кафедра находится в монастыре Тврдош близ города Требине. С 23 сентября 2018 года епископом Захумско-Герцеговинским и Приморским является Димитрий (Радженович).

Зворницко-Тузланская епархия.


Епархия Сербской православной церкви на территории Боснии и Герцеговины.

Несмотря на то, что кафедра епархии находится официально в Тузле, фактически она расположена в Биелине.С 24 ( мая 2017 года возглавляет епархию епископ Фотий (Сладоевич).


* * * *

Демаркационная линия, установленная в 395 г. н.э. между восточной и западной частями Римской империи протянувшаяся вдоль реки Дрина (между Боснией и Сербией), со временем превратилась в постоянную линию раздела между западной и византийской цивилизациями. Даже окончательный раскол между восточными (православными) и западными(католическими) церквями (1054 г.) проходил по более или менее той же границе. Однако затем на рубеже между двумя сферами начал влиять подъем средневекового сербского государства и его
автономной православной церкви.

Средневековое сербское государство возникло в результате распада Византийской империи. В Константинополе была основана так называемая Латинская Империя (1204–1262), а Венецианская республика примерно в то же время начала утверждать свое господство в Средиземноморье. Крушение Византии стало отличной возможностью для соседнего небольшого княжества Рашки (позже известной как Сербия) для продвижения своих интересов в регионе. С помощью соседних стран Рашка стала королевством в 1217 году. При этом получение короны при помощи Рима не привело к победе в Сербии западного влияния и распространению католицизма. Снова переместившись на восток, сербская церковь обрела независимость от византийской политической и церковной власти в 1219 году. И государственная, и церковная власть находились в руках семьи Неманичей.

Поскольку в конце XII века политическая власть сербских правителей расширилась на юго-запад, в традиционные католические земли, то то же самое произошло с институтами и влиянием Православной церкви. Из
восьми новообразованных епископств основатель сербской церкви, Савва Неманич одно поставил в Дабаре (1220 г.), на самой границе с Боснией, а два на недавно приобретенных католических территориях Зеты (позже Черногория) и Хума (позже Герцеговина). Несомненно,у Саввы было амбициозное стремление расширить свою церковь и сербские государственные границы на запад. Однако сербское проникновение в Хум длилось не очень долго. Политический и религиозный авторитет сербов откатился вспять после возвышения боснийского государства и республики Дубровник, а православная церковь постепеннно теряла твердые позиции в Герцеговине.
до самого прихода османов. И хотя православный епископат в Хуме просуществовал лишь до 1250-х годов, сербская церковь действительно сумела утвердить свое присутствие в юго-восточной части современной Герцеговины.

Заметный рост сербского православного населения в боснийском средневековом царстве произошел во время правления Твртко I (1353–1391), когда он оккупировал некоторые районы юго-западной Сербии (1376). Даже
монастырь Милошево, место захоронения Саввы Неманича, оказался под боснийским правлением. Относительно небольшое количество приверженцев православия в современной Боснии и Герцеговине были обнаружены в некоторых местах северо-восточной Боснии и восточной Герцеговины, но сербские церковные институции так и не смогли
обосноваться на постоянной основе на территории нынешней Боснии и Герцеговины до самого османского завоевания (1463 г.).

При османах начали происходить серьезные религиозные и даже этнические сдвиги в Боснии и Герцеговине. Местная боснийская церковь,уже ослабленная, практически исчезла вскоре после турецкого завоевания.
Католическая церковь, которая процветала к концу боснийского королевства, начала терять свои сильные позиции и со временем оказалась церковью меньшинства.Ислам как государственная религия стал доминирующим
в стране, и многие местные жители обратились в религию нового государства. Кроме того, именно из-за турецких вторжений православие утвердило свои позиции в Боснии и Герцеговине. Оно выросло из небольшого
меньшинства в доосманские времена в самую крупную из трех основных религиозных
групп в Боснии и Герцеговине в конце турецкого правления. И основными причинами этого роста были миграции и обращения.

После османского вторжения в Боснию (1463 г.) началась значительная миграция православного населения началось с восточных и южных Балканы на северо-запад. Эти мигранты служили гвардейцами, пограничниками, пастухами и перевозчиками военного снаряжения. Взамен они колонизировали опустошенные приграничные районы,организовали свои поселения, сохраняли свою племенную автономию и получили различные другие привиллегии. Большинство из тех, кто мигрировал в Боснию (а также в Хорватию) вместе с османскими войсками исповедовали православие,
но не обязательно принадлежали к сербской национальности. Большинство из них были частично
славянизированные балканские влахи, жившие в этом регионе со времен Римской империи. Эти мигранты и обращенные в православие подпадали под пастырское попечение Сербской Православной Церкви и со временем слились с общим сербским населением. Таким образом, именно Османская империя стала
самым важным катализатором распространения православия и, в конечном итоге, сербской идентичности по традиционным границам на Балканах.

После того, как османы укрепили свою власть над балканскими православными регионами, они изменили свою политику в отношении Сербской Православной Церкви. Хотя с середины XV века церковь
был подчинена греческому архиепископству в Охриде, и несмотря на трудности, через которые ей пришлось пройти, она была частью признанной Османской империей православной религиозной общины (миллет). По сравнению с
католической православная церковь при османах имела привилегированный статус. Более того, поскольку османы нуждались в поддержке сербов в своей борьбе против католической династии Габсбургов в Австрии и из-за
симпатий тогдашнего великого визиря, который сам был родом из Боснии, сербский патриархат Печа был восстановлен в 1557 году. После восстановления церковной независимости сербские религиозные и национальные структуры стали автономным образованием в Османской империи, которое продвигало свои интересы при исламском правлении. Более того, границы влияния сербской церкви значительно увеличились на западе (Босния и часть
Хорватии), а также многочисленные церкви и монастыри были построены в новых регионах, в основном на месте и основе бывших католических церквей. Тесное сотрудничество между сербским патриархатом и османами продолжалось до 1690 г., когда патриарх Арсений III Црноевич как союзник Габсбургов был вынужден бежать вместе со многими сербами из Сербии в Шрем, который находился под властью австрийцев.

С ростом православного населения в период Османской империи в Боснии и Герцеговине также развились институциональные структуры православной церкви. Юрисдикция епископата Дабара,
основанного Саввой Неманичем на границе между Сербией и Боснией (1220 г.), простиралась до Боснии. В 1557 г., после возрождения патриархата Печа, эта церковная резиденция была перенесена в саму Боснию и
сталв известна как Дабро-Боснийский епископат. В 1575 г. епископат был переведен в бывший католический монастырь в Рманье в западной Боснии, а в 1713 году в Сараево. Точно неизвестно, когда этот
епископат был возвышен до уровня митрополии.

В начале XVII века (1611 г.) возрожденный православный епископат Хума был разделен на две церковные области. В следующем столетии однако обе части снова воссоединились в Захумле -Герцеговинское епископство. Местные епископы жили в основном в монастырях вокруг города Требинье до 1777 года, когда резиденция
епископата была перенесен в город Мостар.

На северо-востоке Боснии православный епископат был основан в Зворнике в начале 16 века (ок. 1532 г.). Этот церковный центр был переведен в Тузлу в 1852 году, и с тех пор он известен как Зворницко-Тузланская епархия.

Помимо трех старых митрополичьих епископатов, еще один был образован в городе Баня-Лука на северо-западе Боснии в 1900 году, выделившись из церковного региона Сараево. Епархия Бихача была образована в 1925 году и упразднена в 1934 году. В 1990 году церковные власти образовали Бихачско-Петровацкую епархию
с кафедрой в Босански-Петроваце.

Помимо приходских структур церкви в Боснии и Герцеговине также были созданы православные монастыри, возникшие уже после османского завоевания. В течение XVI-XVII веков в Герцеговине были основаны три таких монастыря, а в Боснии восемь. Эти религиозные дома стали наиболее важными центрами сербского православия и сербской национальной жизни в стране.

После ликвидации патриархата Печа в 1766 году юрисдикция над православной церковью в Боснии и Герцеговине перешла к Константинопольскому патриарху. С этого времени и до 1880 года, то есть спустя всего лишь пару лет после того, как Босния и Герцеговина были оккупированы австрийскими войсками, церковное руководство православными страны находилось в руках греческих епископов (фанариотов), которые были иностранцами, а потому мало заботились о нуждах местной церкви и ее паствы. Поскольку в тот период деньги зачастую были
самым важным фактором при рукоположении в священники, неудивительно, что качество
православного духовенства в Боснии и Герцеговине было ниже необходимого уровня религиозно-пастырского руководства и образованности.

После австрийской оккупации страны в 1878 г. новые правители не были уверены в том, как заручиться поддержкой православных верующих и Церкви в Боснии и Герцеговине, но в то же время ограничить влияние Сербии на эту церковь и вообще православных жителей страны.


Вскоре совместно с патриархом Константинополя (1880 г.) было выработано решение, согласно которому патриарх сохранял юрисдикцию над Греко-восточной церковью в Боснии и Герцеговине, а Вене было разрешено назначать угодных ей епископов. В свою очередь патриарху Константинополя Вена ежегодно платила специальный сбор, а местные епископы были переведены на государственную заработную плату. К 1891 г. все три епархии были
переданы от греческих епископов в руки местных уроженцев, представителей сербской церковной иерархии. В результате распада Австро-Венгерской империи и создания Королевства сербов, хорватов и
словенцев (после 1929 г. - Югославия), епархии в Боснии и Герцеговина объединились с митрополичьей епархией Сербии в 1918 г. В 1920 г. в Белграде был создан Сербский православный патриархат, и с тех пор Православная церковь Боснии и Герцеговины находится под его юрисдикцией.

Источники

Chuvalo Ante Historical dictionary of Bosnia and Herzegovina. Second edition. Historical Dictionaries of Europe. The Scarecrow Press, Inc., Lanham, Toronto, Plymouth, 2007. 503 pp.

Перевод с английского - наш собственный.


Материалы Википедии.
Конг

Сакко и Ванцетти - кто они? Часть 4

Во время пребывания в Виллафаллетто, вызванного болезнью, идеи юного Бартоло приобрели более ясную форму. Неожиданно обзаведясь практически неограниченным количеством времени для чтения, он не преминул воспользоваться этой возможностью. Даже спустя много лет Ванцетти хорошо помнил, насколько сильное впечатление произвела на него фраза "Кровь мучеников - это росток свободы", которую он вычитал в тот период в одном из сочинений Августина Блаженного,она неизгладимым образом отпечаталась у него в памяти. Затем он дважды перечитал I promessi sposi, романтический шедевр Манзони,а после того попытался взяться за "Божественную комедию" Данте, пыльный томик которой он обнаружил где-то домашних закутках. "Ох,- вспоминал впоследствии Ванцетти,- оказалось, что эта кость мне не по зубам; тем не менее, я мужественно пытался обгладать ее и, думаю, не без пользы для себя".

Когда его здоровье наконец-то более-менее восстановилось, Бартоло подружился с представителями узкого слоя интеллигенции Виллафаллетто - врачом Франчиа, аптекарем Скрималльо, ветеринаром
Бо - чьи антиклерикальные воззрения еще больше оттолкнули молодого человека от католицизма, чьим яростным адептом он когда-то являлся.

"Очень скоро для исповедывания моей религии перестали требоваться храмы, алтари и священники в дорогих сутанах. Бог стал для меня совершенным воплощением духа, лишенным каких-либо человеческих атрибутов и черт". Такие настроения шли вразрез с взглядами остальных членов семьи Ванцетти(особенно отца!), которые продолжали считать, что Церковь необходима для того, чтобы удерживать человека от дурных страстей и держать его в повиновении. Бартоло, хотя эти аргументы и вызывали у него
ироничную улыбку, не пытался спорить со своими родными - он был счастлив вновь оказаться дома, в безмятежной атмосфере родного городка, а потому предпочитал держать свои "еретические" взгляды при себе.

Вскоре, однако, по этой безмятежности был нанесен жестокий удар. Спустя некоторое время после выздоровления Бартоломео выяснилось, что его мать, которой в тот момент было всего 45 лет, больна раком. Последующие три месяца, ставшие последними в ее жизни, Джованна Ванцетти провела в ужасных мучениях. Как рассказывал Бартоломео, ее страдания стали настолько сильными, что даже любимый муж не смог вынести той атмосферы ужаса, которая царила в комнате больной. И лишь Бартоломео продолжал ухаживать
за матерью с такой же любовью, с какой она чуть раньше ухаживала за ним. Любящий и любимый сын оставался у ее постели день и ночь, боясь отойти хоть на пять минут. Однако самое страшное все-таки
случилось: в конце 1907 года Джованна Ванцетти скончалась на руках у сына. Именно Бартоломео уложил ее в гроб, а затем бросил первую горсть земли на крышку гроба. "Я должен был это сделать, - отмечал он, - поскольку в тот момент я похоронил часть себя самого".

Смерть матери стала огромной трагедией для всей семьи Ванцетти. Джованни-Баттиста, которому едва исполнилось 58 лет, за несколько месяцев полностью поседел. Сиротами остались дети, младшим из которых исполнилось лишь два и четыре года. Но наиболее глубоко подействовала эта смерть на на Бартоло, ведь мать была единственным человеком, с которым он был по-настоящему близок; можно даже сказать, что смерть матери нанесла ему такую рану, от которой он так никогда и не оправился. Это было самое
тяжелое испытание в его жизни, подчеркивал Бартоломео в своих письмах спустя много лет, гораздо более тяжелое, чем любое тюремное заключение. Даже в 1920-х годах его мысли постоянно
возвращались к матери. "Память о моей матери - настоящая святыня для меня, - писал Ванцетти в своем дневнике. - Мое сердце - это храм, в котором живет душа моей милой мамочки".

В первые дни после смерти матери Бартоло полностью замкнулся в себе, радость жизни покинула его,казалось, навсегда. Целыми днями бродил он по окрестным лесам, ни с кем не разговаривая и полностью погрузившись в свою печаль. Он даже стал подумывать о самоубийстве, столь велико было его горе. "Много раз, - вспоминал Бартоломео,- проходя по мосту, я останавливался и смотрел на белеющие внизу камни, думая о них как о той постели, в которой больше не будет ночных кошмаров".

Неудивительно, что в столь взбудораженном состоянии духа его мысли начали все чаще и чаще обращаться к идее отьезда в Америку. После смерти матери, вспоминал Ванцетти, "мне не оставалось ничего другого, кроме как уехать. Я должен был создать непреодолимую преграду между мной и моим горем." В Америке,этом прибежище всех страдающих и угнетенных, как казалось тогда Бартоломео, он сможет забыть о постигшей его трагедии. Кроме того, Бартоломео надеялся, что в Америке он сможет обрести новую
жизнь, гораздо более свободную и счастливую, чем та, которую он вел в Италии. При этом надо отметить, что финансовые соображения не играли никакой роли в принятом молодым Ванцетти об отьезде за
океан. "Ни у меня, ни у Сакко не было никакой экономической необходимости для переезда в эту страну, - писал Ванцетти губернатору Фуллеру незадолго перед казнью. - Мы приехали сюда, потому что мы слышали, что это страна свободы - и не только свободы нажить себе состояние, это нас волновало меньше всего,но, прежде всего, свободы мысли и идей. Мы считали, что возможность свободно выражать выражать свои взгляды - это естественное право человека, и там, где право уважается, мы найдем достойное пристанище и свое счастье."

Небольшой помехой на пути Бартоломео стал ... его собственный отец, который(и это при том, что он сам в более молодом возрасте успел побывать в Америке)вовсе не хотел отъезда сына. Потеряв жену всего несколько месяцев назад, старик Ванцетти теперь ужасно не хотел расставаться со своим первенцем, которого, пусть и на свой лад, он все-таки любил. Кроме того, его кондитерская постепенно превращалась во вполне преуспевающее заведение, и ему было очень жаль терять высококвалифицированного кондитера и конфетчика, которым уже успел стать его сын. С точки зрения Джованни-Баттисты, было бы гораздо лучше, если бы Бартоломео остался жить в Виллафаллетто, помогал ему в бизнесе, а со временем женился бы и обзавелся детьми на радость старику отцу.Однако Бартоло был непоколебим в совем решении . Ему как воздух была необходима смена обстановки. Он больше не хотел работать на своего отца. Все его мысли и надежды теперь были связаны с большим пароходом, плывущим через океан.

9 июня 1908 года, за два дня до своего дня рождения - ему как раз должно было исполниться 20 лет, Бартоломео Ванцетти покинул Виллафаллетто. Односельчане и члены семьи прощались с ним в печали и в слезах. Даже спустя несколько десятилетий старожилы Виллафаллетто вспоминали, что Джованни-Баттиста буквально "онемел от горя". Друзья на прощание высказали Бартоломео последние напутствия, а некоторые из друзей даже проводили его до соседней деревни. В общем, в Виллафаллетто повторилось все то,
что было в Торремаджорре двумя месяцами ранее, в тот день, когда братья Сакко отправились в далекий путь на запад. Ни Сакко, ни Ванцетти так никогда и не вернулись в Италию, да и, надо честно признать, в дальнейшем редко о ней вспоминали. Впереди их ждала Америка, "земля свободы" или, как о ней отзывался Сакко,"страна, о которой я всегда мечтал".

(Продолжение следует.)


Источник: Paul Avrich Sacco and Vanzetti. The Anarchist Background. - Princeton University Press, 1991. Перевод на русский язык - наш собственный.
Конг

Албания - страна и люди

лбания - это небольшая страна в юго-восточной части Европы. Она расположена на побережье Средиземного моря, в юго-западной части Балканского полуострова и граничит с Черногорией на севере, с Косово на северо-востоке, с Республикой Северная Македония на востоке и с Грецией на юге. К западу от Албании, через море, лежит юго-восточное побережье Италии. Албания в основном горная страна со средиземноморским климатом - то есть, летом там жарко и сухо, а зимой - умеренно прохладно, хотя в удаленных от моря районах страны и в горах в зимнее время бывает по-настоящему холодно.

Население страны, по данным Института статистики Албании на 1 января 2017 года, составляет 2 876 591 человек, все из которых говорят на албанском, языке индо-европейского происхождения. Есть еще несколько несколько этнических меньшинств, в особенности греков на юге страны, но также имеются небольшие группы славян, цыган и влохов. В 2010 году, по данным "Энциклопедии религий" Дж. Г. Мелтона, мусульмане составляли 63 % населения Албании, христиане — 31 %, неверующие и атеисты — 5 %. Ислам представлен суннитами и бекташами. Христиане распределяются на две примерно равные группы — католики (490 тыс.) и православные (475 тыс.). Большинство протестантов (20 тыс.) являются прихожанами различных пятидесятнических церквей.

Лишь около половины албанцев живут в пределах самой Республики Албании. Остальные албанцы живут в соседних странах, главным образом в Косово, где насчитывается более полутора миллионов албанцев, а также в Ресспублике Северная Македония, где, согласно переписи 2002 года, проживало 509 083 (25,17 %) албанцев. Есть также небольшие албаноязычные общины в южной части Италии и Греции, которые поселились там несколько веков назад. Кроме того, многие албанцы покинули страну в 1990-х годах в поиске работы и вообще лучшей жизни за границей. Большинство этих албанских эмигрантов последних десятилетий поселились в Греции и Италии, как легально, так и нелегально, хотя в реальности выходцев из Албании можно найти по всей Европе и во многих других точках земного шара.

Албания — среднеразвитое аграрно-индустриальное государство; одна из беднейших стран Европы, долгие годы находившаяся в международной изоляции, что помешало созданию устойчивых торгово-экономических отношений с развитыми странами Западной Европы.


Источники

Elsie Robert Historical dictionary of Albania. - 2nd edition. Historical Dictionaries of Europe. The Scarecrow Press, Inc., Lanham, Toronto, Plymouth, 2010. 663 pp.
Перевод с английского - наш собственный.


Материалы Википедии.
Конг

Между ассимиляцией и нацией: евреи Галиции во времена Габсбургов (1772-1918 гг.). Часть 4

Первой общественной организацией евреев Галичины стало созданное в 1867 году общество "Shomer Israel" (иврит: "Страж Израиля"). Его основателями были Филипп Манш, Рубен Бирер, Эмиль Бик, Йозеф Кон. Среди членов организации преобладали представители буржуазии и так называемых свободных профессий: врачи, юристы, фармацевты, журналисты, купцы. На протяжении первого года деятельности в общество записалось 586 человек из Львова и 85 из других городов Галичины.

Активисты "Shomer Israel" стремились модернизировать еврейское общество через популяризацию светского образования, немецкой культуры и идеалов Гаскалы (от ивритского "sekhel" - "ум", "здравый смысл") - Просветительства в его еврейском прочтении. С этой целью они публиковали выходивший два раза в месяц журнал "Der Izraelit". Языком издания был немецкий, который до 1873 года передавался с помощью букв еврейского алфавита. Члены "Shomer Israel" учредили во Львове собственный клуб с библиотекой и читальней, где проводили вечерние лекции. Религиозным центром пронемецки настроенной еврейской интеллигенции стал основанный в 1846 году львовский Темпль - реформистская синагога, в которой богослужения проводились на немецком языке.

Организация сумела сочетать культурную работу с политической деятельностью. Основатели "Shomer Israel" были главными инициаторами создания Центрального избирательного комитета галицких евреев. Обществу удалось провести своих членов в городской совет и совет еврейской общины Львова. Пользуясь своим авторитетом в галицкой столице, представители "Shomer Israel" в 1876 году организовали здесь съезд представителей всех еврейских общин края. На конференции обсуждались вопросы создания в городе регионального еврейского представительства и оформления единого для всех общин устава самоуправления. Общество предлагало взять за образец устав львовской общины, который предоставлял доступ к руководству лицам с надлежащим материальным обеспечением и светским образованием.

Либеральные инициативы "Shomer Israel" вызывали сопротивление в среде еврейских ортодоксов. Опасаясь потерять влияние среди евреев Галичины, они в 1878 году создали собственное общество "Makhzikey ha - Das" (иврит: "Защитники Закона"). Духовным руководителем организации стал хасидский цадик города из Белз, Йегошуа Годах. Функции президента согласился выполнять раввин Кракова, Шимон Сойфер. Печатным органом общества стала одноименная газета "Makhazike ha - Dat", которая выходила на иврите.

Борьба ортодоксов против "Shomer Israel" вылилась в организацию общего съезда раввинов и цадиков края, который в 1882 году состоялся во Львове. В ходе собрания ортодоксы приняли решение об официальном отлучении от общества всех сторонников реформированного иудаизма. Также был предложен альтернативный вариант единого устава для еврейских кагалов. В противовес либеральному проекту "Shomer Israel" традиционалисты призывали в управлении общинами руководствоваться принципами "Shulhan arukh" (иврит, буквально: "Накрытый стол") - кодекса повседневной жизни ортодоксальных евреев с конца XVI века. Устав, предложенный "Makhzikey ha, - Das", не получил одобрения в Вене. Австрийская власть также отклонила требование съезда разделить общины по религиозному признаку: на реформистов и ортодоксов.

Противодействие Вены склонило "Makhzikey ha - Das" на польскую сторону. В последующие годы общество занялось предвыборной агитацией. По всей Галичине раввины и цадики начали призывать своих верных поддерживать кандидатов, предложенных польской властью. В случае отказа или колебаний применялось наиболее страшное для иудеев наказание - отлучение от общины.

Для старшего поколения ортодоксальных евреев лояльность к польской власти была связана с длительной традицией сосуществования обоих народов и желанием уберечь свою религию от реформистских влияний извне. Президент "Makhzikey ha - Das" Шимон Сойфер говорил, что евреи должны быть пожизненно благодарными полякам за то, что последние дали им прибежище. При этом до конца своей жизни краковский раввин не знал ни слова на польском языке. Для молодых евреев, которые родились уже во время Галицкой автономии, польский выбор был связан с возможностью получить образование для успешной карьеры.

На рубеже XIX - XX веков с увеличением количества учебных заведений в Галичине все больше евреев начали понимать преимущество общего образования. В 1867 году в галицкие гимназии ходило 56 евреев. В 1910-1911 году старшие учебные заведения края посещало 6600 евреев, что представляло 20,5 процента от общего количества учеников. За этот самый период число еврейских детей в реальных школах выросло от 125 до 735 лиц (21 процент всех учеников). В 1882 году во Львовском и Краковском университетах училось 151 лицо иудейського вероисповедания, что составляло 10 процентов от общего количества студентов. В 1900 году это число увеличилось до 549 лиц (22 процента).

В 1882 году гимназисты старших классов и студенты Львовского университета учредили общество полонофила "Agudas Akhim" (иврит: "Союз братьев"). Его заметными членами были Альфред Носиг, Вильгельм Фельдман, Герман Диаманд. В целом к обществу принадлежало около 750 человек. Большинство из них были представителями интеллигенции. Пятая часть участников "Agudas Akhim" обладали докторской степенью.

Средством для распространения идей общества стала двухмесячная газета "Ojczyzna" (в переводе с польского "Родина"). Ее эмблемой был избран старинный польский герб - белый орел, в которого на груди помещалась еврейская звезда Давида. До 1886 года газета печаталась на двух языках: на польском и на иврите. В ивритской секции издания преобладали тексты из истории Речи Посполитой с примерами польсько-еврейского сотрудничества и польские патриотические стихи. На польском языке печатались отчеты о деятельности общества, статьи по еврейской и общей галицкой проблематике. Союз открыл во Львове свою библиотеку с читальней. Члены общества организовывали вечерние образовательные курсы для молодежи и летние лагеря для детей.

Основатели "Agudas Akhim" называли себя "поляками Моисеева вероисповедания". Они предлагали своим сторонникам ограничить отличия от доминирующей в Галичине группы к вопросам религии и таким образом полностью ассимилироваться. Препятствием стремления молодых интеллектуалов стал нараставший в Галичине антисемитизм. Причины враждебного отношения христианского населения к евреям крылись прежде всего в месте, которое последние занимали в социальной структуре галицкого населения.

(Продолжение следует.)



Автор: Евген Поляков, историк.

Источник: Проект "Україна". Австрійська Галичина / Упоряд. М. Р. Литвин; Гол. ред. О. А. Красовицкий. - Х.: Фоліо, 2016. - 410 с.

Перевод с украинского - наш собственный.
Конг

Любимая кошка пророка Мухаммеда

Многие деятели христианства в самые разные времена и в различных странах относились к кошкам с подозрением. В течение столетий несчастное животное обвиняли в самых разных преступлениях, от кражи дыхания новорожденных до службы дьяволу. Ислам, однако, придерживается другой точки зрения. Кошка ценилась настолько высоко, что ей даже было позволено заходить в мечеть.

Кошки добились такого почетного и привиллегированного статуса благодаря Муэззе (Муиззе), любимой кошке пророка Мухаммеда. Как рассказывает одно из преданий, однажды его верная питомица мирно спала на одном из рукавов одеяния и как раз в это время Мухаммеда позвали на молитву. Чтобы не беспокоить свою любимицу, Мухаммед просто отрезал этот рукав. Когда же он вернулся после молитвы, Муэзза поклонилась и помурлыкала перед своим хозяином, а он в ответ трижды погладил ее по спине. Это благословение пророка обеспечило ей место в вечности.

Согласно другим рассказам, Мухаммед как-то проводил богослужение в своем доме, когда у него на колене примостилась Муэзза. Увы, нет точных сведений о том, какой именно породы была любимая кошка пророка. Однако любители кошек со всего мира высказывают самые разные мнения по этому поводу, называя варианты от ангорской до абиссинской пород.


Источник: Sam Stal 100 Cats Who Changed Civilization. History`s Most Influential Felines. - Philadelpia: Quirk Books, 2007, 176 pp.

Перевод с английского - наш собственный. :)
Конг

Первые мусульмане в Северном Причерноморье

Время первого знакомства жителей причерноморских степей с исламом пришлось еще на времена раннего средневековья. Судя по всему, на юге Украины и в Крыму мусульмане, прежде всего купцы и путешественники, появились уже к IX-X векам; возможно среди них были даже проповедники. И несмотря на то, что реальных и достоверных сведений сохранилось мало, все же в некоторых регионах известны свои легенды о том, кто были этими первыми мусульманами. Например, в Крыму издавна считают, что ислам пришел на полуостров вместе с двумя сподвижниками Пророка Мухаммеда Маликом Аштером и Гази Мансуром. В исламской традиции, как известно, "сподвижниками Пророка" (сахаба) считаются те, кто видел его живым и действующим. Малик ибн Харис по прозвищу "Аль-Аштар" (около 619 -647) был приверженцем четвертого калифа Али и известным военачальником. Вероятнее всего он похоронен в Египте, в Эль-Арише, но в Крыму местом его захоронения называют Эски-Юрт (ныне район Бахчисарая). По легенде, оказавшись в Северном Причерноморье и призвав его жителей к исламу, Малик Аштер погиб в битве с великаном где-то на берегах Днестра. Особенно активно Малика Аштера почитали приверженцы исламских мистических братств - суфийских тарикатов. Другой персонаж легенд, вроде бы побратим Малика Аштера, Гази Мансур "Мединский" в ранних исламских источниках вообще не упоминается. Возможно это имя следует понимать метафорично, так как "Гази" означает "борец за веру", а "Мансур" - "тот, кому помогает Бог". Местом погребения Гази Мансура называют урочище Марьям-Дере под Бахчисараем, где с XV века существовала суфийская обитель (теккие). Историки считают, что эти легенды были сложены где-то в XIII - XIV веках, когда ислам уже достаточно утвердился в регионе.

Земли Киевской Руси в тот период тоже демонстрировали определенную степень знакомства с мусульманами. Прежде всего вспоминается известная легенда про "выбор веры" князем Владимиром, когда киевского князя-язычника вроде бы знакомили с тремя монотеистическими религиями, из которых он в конце концов избрал христианство в его византийском варианте. Интересно, что этот сюжет не был уникальным - приблизительно такую же историю, но про хазарского кагана и про принятие им иудаизма рассказывает еврейский мыслитель Иегуда га-Леви в "Книге Хозара", написанной около 1140 года. Некоторые исследователи вообще считают, что первой религией князя Владимира после отхода от язычества был ислам, который оказался заменен православием лишь после ухудшения отношений с Булгарией (как известно, Волжская Булгария приняла ислам как "государственную религию" еще в 922 году). Однако затем государственный выбор Руси был сделан в пользу христианства, а потому различные источники того времени (включая и "Повесть временных лет") начинают описывать ислам в негативном свете.

Не следует забывать и про самих хозар, среди которых, согласно арабским источникам, имели место попытки ввести ислам в качестве официальной религии. По крайней мере, уже в Х веке на востоке нынешней Украины проживали народы, которые исповедывали ислам. Известно так называемое Сидоровское городище под Славянском (Донецкая область), где в 1980-х годах в ходе раскопок было выявлено немало захоронений хазарского периода, выполненных согласно требованиям исламской обрядности. Возможно тут были похоронены оказавшиеся в этих местах булгары или асы, часть которых тоже приняла ислам достаточно рано, в 920-930 годах.



Источник: Якубович М. Ислам в Украiнi: iсторiя i сучаснiть/ Михайло Якубович. - Вiнниця: ТОВ "Нiлан-ЛТД", 2016. - 264 с. (Бiблiотека iсламознавства).

Перевод с украинского - наш собственный.
Конг

Иудаизм в Боснии и Герцеговине

Хотя вполне вероятно, что некоторое небольшое число евреев жило на территории современной Боснии и Герцеговины еще со времен римского владычества, все же их количество заметно возросло в результате двух волн иммиграции - первой из Испании в конце XV века, а второй - из различных частей монархии Габсбургов после того, как Босния и Герцеговина попала под власть Австро-Венгрии в 1878 году.

Многие из высланных из Испании евреев нашли убежище в Османской империи, а некоторые из них поселились в Сараево. Небольшое число евреев, уже там проживавших, легко смешались с лучше образованными и отличавшимися более высокой культурой сефардскими евреями, прибывшими из Испании. Первая еврейская община в Сараево была создана в 1565 году и в течение предстоящих столетий оставалась крепко спаянной религиозной и этнической группой. Хотя эти евреи неплохо приспособились к условиям своей новой родины и стали вполне жизнеспособным и жизнедеятельным сегментом общего населения, они сохранили свой привезенный из Испании язык (ладино) и особые обычаи.

Вторая еврейская община возникла в Сараево после новой волны иммиграции евреев в Боснию и Герцеговину, на этот раз, как уже говорилось выше, из различных частей Австро-Венгрии, особенно из регионов, где говрили на славянских языках. Многие евреи прибыли в эту бывшую турецкую провинцию в поисках лучших экономических возможностей или же являясь служащими Австро-Венгерского государства. Эти новые иммигранты являлись евреями-ашкеназами, были лучше образованы и, как правило, более прогрессивно настроены. Именно они создали свою собственную особую общину в Сараево в 1879 году, а затем, спустя несколько лет, в Тузле и Баня Луке. В связи с политическими, экономическими и общественными переменами в Боснии и Герцеговине, а также из-за прибытия более динамичных евреев из Центральной Европы, прежняя община боснийских сефардов стала просыпаться от своего консерватизма и ориентальной ментальности, а различия между двумя группами начали постепенно сглаживаться. После создания Королевства сербов, хорватов и словенцев в 1918 году (с 1929 г. - Югославия) довольно много евреев из Сербии перебрались в Сараево и другие города Боснии и Герцеговины.

Согласно данным статистики, накануне Второй мировой войны в Боснии и Герцеговине проживало 11 800 евреев, а после войны осталось только около 1300 человек. Ведь только некоторые смогли избежать преследований, а большинство стали жертвами нацистов и их местных приспешников. И хотя число евреев начало увеличиваться после войны, многие предпочли перебраться в возникшее в 1948 году государство Израиль. До войны 1992 года в Боснии и Герцеговине проживало приблизительно 3000 евреев. Многие из них покинули страну в результате войны. Причиной послужило распространение в Боснии и Герцеговине книги президента Алии Изетбеговича "Islamska deklaracija" (которая выдвигала идею превращения Республики Босния и Герцеговина в исламское государство, ограничения в правах немусульман и обложения их "подушным налогом" (джизия) в пользу мусульманского духовенства).

Некоторые из евреев репатриировались в Израиль, но большинство осели в Белграде и Новом-Саде (Сербия).

Те немногие евреи, которые все-таки остались в Боснии и Герцеговине, проживают в городах Сараево, Тузла, Баня-Лука и Зеница. О долгом присутствии евреев в Боснии и Герцеговине свидетельствуют сефардская и ашкеназская синагоги в Сараево, а также еврейские кладбища в Сараево и Тузле, которые сегодня внесены в Реестр исторических памятников Боснии и Герцеговины. Существовало также два еврейских кладбища и четыре синагоги в Баня-Луке.


Источники:

Chuvalo Ante Historical dictionary of Bosnia and Herzegovina. Second edition. Historical Dictionaries of Europe. The Scarecrow Press, Inc., Lanham, Toronto, Plymouth, 2007. 503 pp.

Перевод с английского - наш собственный.

Материалы Википедии.
Конг

Ислам в Боснии и Герцеговине

Мусульмане Боснии и Герцеговины - это самая крупная, помимо албанцев, гомогенная мусульманская община Европы. Суннитский (традиционный) вариант ислама пришел в эту часть Европы вместе с османским вторжением на Балканы в XIV - XV веках. Хотя существует ряд споров и противоречий относительно истории Боснии и боснийских мусульман, все же большинство исследователей согласны, что появление ислама в стране предшествовало падению Боснийского королевства (1463 г.). Первым оплотом ислама в Боснии был регион нынешнего Сараева, где османские завоеватели создали пограничный военный пост еще за несколько лет до падения Боснии. Более того, в последнее время между учеными был достигнут консенсус, что подавляющее большинство боснийских мусульман - это потомки местного средневекового населения, обратившегося в ислам.

Некоторое количество мусульман с территории современной Боснии и Герцеговины мигрировало в Хорватию и Венгрию еще во время османской экспансии. В конце XVII века, когда Османская империя уступила эти земли Габсбургам и Венеции, большинство мусульман вновь вернулись в контролируемую турками Боснию. Затем много мусульман нашли убежище в Боснии и Герцеговине во время освобождения Сербии в XIX веке. С другой стороны, крупные миграции мусульманского населения из Боснии и Герцеговины произошли после австро-венгерской оккупации (1878 г.), после обеих мировых войн, а также во время войны 1990-х годов. Согласно переписи 1991 года, мусульмане составляли 43 % всего населения страны.

При османском владычестве боснийские мусульмане не имели особой религиозной иерархии. В 1882 году первые локальные reis-ul-ulemas (главы религиозных общин) и советы из четырех старейшни (меджлисы) были утверждены австрийским императором. И только в 1909 году мусульмане Боснии и Герцеговины стали полностью контролировать свою религиозную жизнь и образование. Хотя община прямо или непрямо избирала свое руководство, все же австрийский император оказывал влияние на избрание reis-ul-ulemas, которым также приходилось получать одобрение Шейха-ул-ислам в Стамбуле на осуществление своих обязанностей.

Во время первой Югославии, с 1918 по 1930 годы, существовали две отдельные мусульманские общины. Мусульмане Боснии и Герцеговины, Хорватии и Словении составляли одну, а мусульмане Сербии, Косова, Македонии и Черногории принадлежали к другой. В 1930 году обе общины были объединены, а региональные отделения (muftijstva) были ликвидированы. До 1936 года резиденция reis-ul-ulema находилась в Белграде, а затем она была переведена в Сараево.

Во времена социалистической Югославии существовали четыре правящих ассамблеи (сабора): в Сараево, в Приштине, Скопье и в Титограде. Верховный Совет был высшим органом, который объединял региональные советы, а reis-ul-ulema являлся главой мусульманской религиозной общины всей страны.

Сегодня мусульмане Боснии и Герцеговины имеют отдельные религиозные административные структуры. Страна разделена на семь религиозно-административных регионов (muftijstva). Полномочия по принятию решений переданы руководящей ассаблее (сабору). Сабор избирает исполнительный комитет - риасет. А высшая религиозная власть передана reis-ul-ulema, который пребывает в Сараево.

Источник: Chuvalo Ante Historical dictionary of Bosnia and Herzegovina. Second edition. Historical Dictionaries of Europe. The Scarecrow Press, Inc., Lanham, Toronto, Plymouth, 2007. 503 pp.

Перевод с английского - наш собственный.